— Ты же сам попросил их установить.
Такого поворота событий Алан не ожидал.
— Что?!
— Три недели назад. Сказал, что чувствуешь, будто кто-то за тобой следит. Просил расставить камеры по квартире. Я нашла эту просьбу странной, но все же исполнила. — Нежная ладонь коснулась его ледяной щеки. — Алан, милый, скажи, что с тобой? Может, показаться врачу?
Мужчина, растерянный и подавленный, сел на пол и закрыл ладонями лицо.
— Наверное, так будет лучше.
Через час Алана осмотрел лучший врач, какого только Шеннон смогла отыскать в городе. Доктор констатировал нервное расстройство, вызванное чрезмерным увлечением работой, выписал таблетки и настоятельно посоветовал провести дома как минимум неделю. Когда он ушел, Шеннон ласково поцеловала лежащего на кровати мужа в лоб.
— Я уберу камеры, — пообещала она. — Доктор прав: тебе всего лишь нужно отдохнуть. Попроси Эви заменить тебя.
— Да... Да... — Алан уставился в пространство. Голову разрывали мысли, суть которых он не понимал.
— Дорогой, ты слышал? — прокричала из другой комнаты Шеннон. — Мексиканский миллионер Адриан Домингес продал акции и ушел из большого бизнеса. Интересно, чем он теперь занимается?
Алана обдало холодным потом. Соскочив с кровати, он выбежал из комнаты и нашел Шеннон за компьютером, читающей последние мировые новости.
— Как, ты сказала, его фамилия? — выдохнул он с порога.
Жена обернулась. Взгляд ее сделался тревожным.
— Зачем ты встал, Алан?
— Как его фамилия!?
— Домингес. Адриан Домингес. — Шеннон настороженно посмотрела на мужа. — В чем дело? Чем тебя напугал этот человек? Раньше ты часто упоминал его имя, когда мы говорили о самых успешных людях мира.
Алан прижался спиной к дверному косяку и закрыл глаза. В эту минуту он все вспомнил. И туманный мир, и людей, запертых там, и Домингеса. Вспомнил, как работал в крохотном офисе, как туда вбежал преступник в маске и прострелил ему голову. Алан вздрогнул и открыл глаза. Взгляд переметнулся к входной двери в квартиру, которая как будто стала ярче и словно бы начала манить к себе. Он зажмурился, а когда открыл глаза, все осталось прежним: дверь звала. Алан почувствовал, что пора возвращаться. Но хочет ли он этого? Хочет ли снова попасть в мир, где царят разруха и ужас? Взглядом Алан окинул комнату, где всюду были расставлены фотографии. Открытие его корпорации, свадьба с Шеннон, большие деньги и значимость в жизни, наконец... Если он вернется, то снова станет простым адвокатишкой, возможно, без будущего, сидящим в тесном офисе и мечтающем о несбыточном. И Шеннон... любовь всей жизни никогда не придет, не обнимет его и, уж тем более, не наденет подвенечное платье, чтобы стать его супругой. Если он вернется, у него не будет ничего. Только простыня, обмотанная вокруг голого, неспортивного тела.
В слезах Алан бросился в объятия Шеннон. Страшнее смерти оказалась мысль о том, что счастливый брак и богатство покинут его жизнь, скорее всего, безвозвратно. Зачем рисковать, когда можно сохранить то, что далось милостью судьбы?
— Я не вернусь... — словно в бреду, прошептал он.
— Куда, милый? — Шеннон заботливо погладила его по спине.
— Я не вернусь... Не вернусь!.. Никогда!
Рука замерла у него на пояснице.
— Ты уверен? — Голос Шеннон вдруг сделался холоднее.
— Да. — Алан уткнулся ей в плечо.
— Это твое последнее решение, Алан Кит Саммерли?
Мужчину насторожили ее тон и вопрос. Он поднял голову. Прекрасное лицо жены улыбалось, рука продолжала гладить спину. Облегченно вздохнув, Алан снова положил голову ей на плечо.
— Да, дорогая. Я не вернусь.
Пальцы Шеннон вдруг впились в его тело. Взгляд Алана упал на монитор компьютера. Новостной сайт сменился черным экраном, посреди которого появилась большая красная надпись:
ИГРА ОКОНЧЕНА
Слова побежали вверх, дублируясь и превращаясь во множество строчек, состоящих из одной-единственной фразы. В ужасе подняв голову, Алан вскрикнул. На него по-прежнему смотрела Шеннон, но теперь ее глаза и рот были зашиты грубыми черными нитками.
— Ты сделал выбор, Алан Кит Саммерли, — прозвучал голос из глубины ее тела.