В глазах почему-то защипало, губы непроизвольно растянулись в улыбке. Ладонью, лежащей на груди у Адриана, Эмма ощутила биение его сердца.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала она в сладкой полудреме и прижалась к нему теснее.
Засыпая, Эмма ясно почувствовала, как тяжелый камень сорвался с души и улетел в бездонную пропасть. Смысл жизни, на поиски которого она потратила детство и юность, наконец, найден.
Каждый гость удивительного дома проспал не меньше восьми часов. Открывая глаза, Кадыр поймал себя на мысли, что боится увидеть разрушенную комнату, битые стекла и пауков на стенах. Но ничего такого не появилось. Комната выглядела так же, как и до момента, когда он уснул. Полутемная из-за отсутствия солнца снаружи, но все равно уютная и чисто убранная. Парня немного удивил тот факт, что здесь нет ночи, но он решил не обращать на это внимание.
Самира встала раньше всех и уже трудилась у плиты. Теперь она готовила рисовый суп с телятиной. Татьяна, вставшая чуть позже, помогла ей, расставляя приборы и нарезая хлеб.
— Вкусно пахнет! — обрадованно воскликнул с порога Кадыр.
— Садись. — Самира с улыбкой указала ему на стул. — Почти готово.
Парень не удержался от того, чтобы заглянуть в кастрюлю. Он с детства любил супы, поэтому обрадовался вдвойне.
Последними спустились Эмма и Адриан. Они больше не стеснялись своих чувств. Не сводя друг с друга взглядов, шли в обнимку, перешептываясь о чем-то.
— А вот и наши голубки! — весело встретил пару Кадыр. — Как спалось?
Адриан и Эмма посмотрели на него.
— Прекрасно, — отозвалась девушка, усаживаясь на свое место.
— Замечательно, — ответил Адриан, проходя к своему.
Суп сварился, и Самира разлила его по тарелкам. С удовольствием позавтракав, люди взбодрились и отправились внимательнее исследовать дом. Все, кроме Кадыра. Того пленил бассейн. Переодевшись, он убежал к заветной двери.
Эмма и Адриан вышли из дома. Вид открылся удручающий. Мертвый город никуда не делся, из вечного тумана все так же выступали темные здания. Перед домом простиралась пустая площадь с разбитым фонтаном. В это же время у крыльца по-прежнему росла зеленая трава, дом выделялся ярким пятном на фоне остальных. Спустившись к дорожке, ведущей от крыльца, пара прошла вперед, намереваясь выйти на площадь, но вдруг оба столкнулись с невидимой стеной. Она оказалась такой же, как та, о которую ударилась Эмма перед последним испытанием.
Адриан прощупал ладонью преграду. Она казалась бесконечной. Что в длину, что в высоту. Внутри у него похолодело. Недавнее предчувствие вернулось, и теперь стало сильнее. Эмма заметила, как он побледнел.
— Что такое? — встревожилась она.
Адриан отдернул руку.
— Ничего.
Девушка заставила его посмотреть на нее.
— Меня не обманешь. Скажи, что тебя напугало?
Адриан вздохнул и отвел глаза. После недолгого молчания произнес:
— Мне сейчас снова показалось, что мы проходим очередное испытание.
Эмма закатила глаза и облегченно выдохнула.
— Мы уже об этом говорили! Никакого испытания нет. Мортем дала передышку. Успокойся, прошу. — Она погладила его по щеке. — Я понимаю, этот мир странный, но почему ты считаешь, что здесь не может быть ничего хорошего?
— Потому, что все слишком хорошо.
Адриан развернулся и в два шага поднялся на крыльцо. Хлопнула дверь. Вздохнув, Эмма медленно пошла за ним.
Осталось тридцать шесть часов.
Адриана не покидало чувство тревоги. Происходящее казалось иллюзией, умелым планом Смерти. Она только и добивается, чтобы люди потеряли бдительность, а потом обязательно обрушит им на головы очередной кошмар. Постепенно подозрения переросли в паранойю.
Остальные четверо сполна наслаждались отведенными часами. Смеялись, шутили, разговаривали на разные темы. Даже хмурая Татьяна будто расцвела. Она постоянно улыбалась, поддерживала шутки, учила Самиру новым рецептам.
Кадыр не вылезал из бассейна. Не уставая, нырял и нырял, плавал от стенки до стенки, боясь никогда больше не почувствовать такого блаженства.
По подсчетам, день подошел к концу. Люди разошлись по комнатам. Когда Эмма вошла в свою, то увидела Адриана, сидящего на кровати и мрачно смотрящего в одну точку. Она подошла к нему и села рядом.