Обняв по очереди каждого из присутствующих, Самира взяла за руку Мортем, и обе стали растворяться в воздухе, превращаясь в черную дымообразную субстанцию, которую вскоре развеял внезапный порыв ветра.
— Самира!!! — дико закричала Эмма и простерла руки туда, где только что стояла подруга.
— Она ушла... — Дрожащий от ужаса и негодования Адриан обнял ее. Уткнувшись ему в плечо, Эмма разрыдалась сильнее прежнего. Остальные неподвижно застыли на местах, не в силах оправиться от шока.
В этот раз не было записок. В этом испытании проигравший сам себя назвал.
Проигравший ли? В мыслях каждого звучали молитвы о спасении чистейшей души.
XVIII. Чего ты боишься?
Оцепенение постепенно спало, и Кадыр, внезапно почувствовав слабость, уселся на пол. Произошедшее больше напоминало сцену из голливудского фильма, чем реальную жизнь. Любовная драма, неожиданная жертва, — все в лучших традициях. Только почему-то не появилось восторга или смеха. На глаза навернулись слезы, которые он подавил с большим трудом. Мысль о том, что Самиры больше нет, не укладывалась в голове.
Нельзя сказать, что они были друзьями. Скорее нет, чем да. Но за время, проведенное здесь, Самира стала неотъемлемой частью их компании. Кадыр не переживал так после смерти Алана и остальных, как после ее ухода. Неожиданно для всех она пожертвовала своим шансом вернуться ради Адриана и Эммы. Сама Эмма была слишком подавлена, чтобы говорить, Адриан тоже выглядел разбитым.
Татьяна резко сошла с места и оказалась около них. В ее глазах запылала ярость. Едва Адриан повернулся, как она ударила его по лицу.
— Ты! Это ты должен был уйти!
Домингес изумленно уставился на нее. Он никогда не нравился Татьяне, но даже не предполагал, что до такой степени. Похоже, она бы разорвала его на куски, если бы смогла.
— Тварь! — Напряженные руки женщины задрожали. — Разыграл драму, чтобы остаться, а ты, — она выстрелила взглядом в Эмму, — повелась, как последняя дура! Думаешь, он любит тебя? Да ему важно спасти свою шкуру! Помяни мои слова, девочка: если дойдете до конца, ты станешь следующей, кого он столкнет. Решила, что этот человек позволит тебе уйти? Наивная! Если тебя убьют не испытания, то он!
— Хватит! — Эмма шагнула вперед и встала между ней и Адрианом. — Самира была моей подругой, и мне очень больно осознавать, что ее больше нет. Но Адриан — мужчина, которого я люблю, и который любит меня.
— Что за бредни?! Забыла, как он поступает с друзьями и близкими? Забыла его историю?
— Прекрасно помню. Но мне важно не то, каким он был раньше, а то, какой он сейчас. Хотите сказать, что вы всегда вели себя правильно?
— Не сравнивай меня с ним! Я не убивала людей!
— Правда? А почему же вы предупредили ту семью о неисправности в машине только на первом испытании, а не тогда, когда это случилось в реальной жизни? Вы ведь видели того человека и подозревали, что он не просто так крутился около их авто. Но предпочли промолчать и уйти, побоявшись, что вас сочтут сумасшедшей. Так что не надо обвинять окружающих, если сами не чисты.
Татьяна едва сдержала вспышку ярости.
— Поступай, как знаешь, — процедила она. — Ты начала мне нравиться, но я поняла, что ошиблась. Ты такая же дура, как все влюбленные девочки. Это чувство еще подставит тебе подножку!
Она развернулась и вышла в дверь, провожаемая изумленными взглядами.
— Что это было? — пораженно спросил Кадыр.
Никто не ответил.
.
Их осталось четверо. Кому-то придется пережить еще три потери прежде, чем все это, наконец, закончится. Теперь все совершенно ясно знали, что Смерть подарит им новый шанс. Ведь Адриану же удалось вернуться.
— Татьяна права: я должен был уйти вместо Самиры, — мрачно произнес он, когда они вышли из дома.
Эмма крепче сжала его руку.
— Хватит. Она не права. Ты попал сюда во второй раз не просто так. Смерть дала шанс исправить то, что ты творил в прошлом.
— Но Самира...
Эмма остановилась и заставила его посмотреть на нее.
— Она была моей лучшей подругой. Думаешь, мне не больно? Думаешь, ее лицо не стоит у меня перед глазами? Стоит. Каждую секунду я думаю о Самире, вспоминаю ее внешность, голос, улыбку. Но ее не вернуть. Она ушла, и одна Мортем знает, куда. А мы живы. Нам нужно продолжать путь. Не представляешь, как мне хочется послать все к черту, сесть и скорбеть по Самире и остальным, но что это даст? Разве она хотела бы этого? Она пожертвовала собой, чтобы у нас появился шанс. И нужно его использовать.