— Тебе было удобно избавляться от ненужных людей. — Мортем пожала плечами. — Но разве ты не получил за это наказание? Я дважды заставила тебя играть. Думаю, это сурово.
— Видимо, твои забавы на меня не действуют, — печально улыбнулся Домингес. — Я не извлек никакого урока в первый раз, не извлек и теперь.
— Ты так считаешь? — Мортем подошла ближе. Он остался стоять на месте. — Благодаря кому, как думаешь, ты научился достигать цели? Кто внушил тебе, что только собственными силами добьешься задуманного? Когда ты пришел сюда впервые, то был беспризорником, которому внезапно упало на голову состояние. Ты не знал, что с ним делать, и как его приумножить. Мои испытания научили тебя дорожить тем, что имеешь, стремиться к лучшему и учиться на чужих ошибках. Вернувшись, ты применил эти знания и достиг высот. Теперь же, спустя годы, понял, что жил неправильно, и захотел все изменить. В текущих испытаниях научился сочувствовать, прощать, любить. Все еще считаешь, что мои забавы бесполезны?
Адриан промолчал, сосредоточив тяжелый взгляд на зашитых веках девочки.
— Ты все еще хочешь выйти из Игры и умереть? — не раскрывая рта, спросила она.
— Да.
.
— Эмма, прекрати! — Кадыр уже не просил, он приказывал, тряся отчаявшуюся девушку за плечи.
— Отпусти меня! — закричала она.
— Подумай, что ты делаешь! Он того не стоит!
— Да что тебе знать об этом?! — Эмма резко встала и оттолкнула его. — Ты всю жизнь любил только себя и чертов бассейн! Ты не терял любимых, потому что их у тебя просто нет!
— Неправда! — рассердился Кадыр. — Есть! Ее зовут Айзада!
— Если бы любил ее, то не говорил бы мне таких слов!..
— Хватит! — Молодые люди не заметили, как подошла Татьяна. — Перестаньте ругаться! Эмма, твои слезы его не вернут; Кадыр, оставь ее в покое.
Внезапно Эмма подняла голову и схватила Татьяну за ворот блузки. Женщина испуганно вскрикнула.
— Ты!.. — яростно процедила девушка. — Ты с первого дня его ненавидела! Из-за тебя он умер! Это ты не должна была возвращаться!
Оттолкнув Татьяну, Эмма побежала прочь. Стряхнувший с себя оцепенение Кадыр бросился за ней. Побледневшая женщина осталась стоять на месте.
.
Мортем покачала головой. Зашитый рот тронула улыбка.
— Ты меня удивляешь, Адриан Домингес. У тебя есть шанс выиграть жизнь во второй раз. И ты пожертвуешь им ради глупых принципов?
— Они не глупые! — огрызнулся Адриан. — Лучше бы я умер тогда вместо Раджа.
— Вот оно как. — Мортем потопталась на месте, заложив руки за спину. — Вижу, понял, что поступил плохо, столкнув его.
— Плохо?! Я его убил! Это зверство.
— Пойми одну вещь, Адриан: Смерти все равно, каким путем душа попадает к ней. Вылетит ли она из тела в момент мирного сна или будет отнята убийцей — Смерть не делит на черное и белое. Она, как и Жизнь, не относится ни к Свету, ни к Тьме. Смерть — это закономерность природы. Души будут покидать тела до скончания времен, и Смерти будет все равно, естественно или по чужой прихоти это случилось. Ты убил соперника, — Дьявол тебя наградил, а Бог наказал. Ты жил в роскоши, но слишком дорого платил за нее. А вот Смерть не даст тебе за это ни блага, ни проклятия. Она забрала отданную ей душу. Детали ее не интересуют.
— Ее? А разве ты — не она?
Мортем снова улыбнулась зашитыми губами.
— Я — один из ее ликов. Нас много, Адриан. Люди не могут видеть истинное обличие Смерти. Поэтому существуем мы — те, кто передает ее волю человечеству.
— И имя нам — Легион... — пробормотал мужчина знаменитую фразу и усмехнулся ее нелепости.
— Нет, Легион — это Дьявол и его лики, а Смерть, как я уже сказала, нейтральна.
Адриану совсем не хотелось разбираться в таких сложных вопросах. Он хотел всего лишь умереть, исчезнуть, и чтобы все воспоминания о нем стерлись.
— Сказать, чем занимается Эмма? — тонким голосом спросила Мортем, меняя тему.
Адриан исподлобья посмотрел на нее.