— Люди меняются, — прохрипел он. — Я сожалел о том поступке.
— Да ты что?! — рассмеялся Радж. — В самом деле? Как долго? Пять минут?
— Достаточно долго. — Адриан вонзил в него хищный взгляд. — До момента, пока ты не нацепил на себя внешность человека, убитого ни за что.
Радж схватил его за горло.
— Хватит притворяться, подонок! Ты готов хоть зад мне расцеловать, только бы я тебя отпустил. Но этого не будет! Ты полетишь так же, как летел я, и превратишься там, внизу, в поганую лепешку. Если надеешься, что мертвая подружка с зашитой физиономией тебе поможет, то ошибаешься. Маленькая сучка не имеет надо мной власти. Я подписал контракт кое с кем повлиятельнее.
Даже среднеразвитый человек поймет, услышав речь Раджа, что он имеет в виду демона или самого Сатану. Значит, не так уж они нереальны. Адриан и прежде интересовался подобными вещами, но когда попал во владения Мортем, отбросил все сомнения о существовании сверхъестественного.
— И кто же вернул тебя сюда? — спросил он, откашлявшись, после того, как Радж убрал руку.
— Какое твое дело? — рявкнул индиец. — Тебя это не касается. Лучше позаботься о том, чтобы удачно приземлиться и испустить дух. Медленная смерть, знаешь ли, так мучительна...
— Как ты убил Татьяну? — Гнев снова вспыхнул в Адриане. — Медленно? Мучительно?
— Нет, что ты! — Радж махнул рукой и рассмеялся. — Я не так изощрен в этих делах. Я всего лишь шепнул ей пару словечек.
— Что это значит?
— Я уже не первый день наблюдаю за тобой, идиот! Мне нужна была маскировка, и я выбрал Татьяну. Воспользовался ее телом почти в тот самый миг, когда она здесь появилась. Благодаря мне она так тебя возненавидела. Бедная-бедная... Без меня она бы не прошла ни одного испытания. Я довел ее почти до конца. Почти.
— Что ты с ней сделал? — злобно спросил Адриан.
— Ничего особенного. — Радж пожал плечами. — Ты же знаешь, что в этом мире можно умереть. Кому, как не тебе, об этом знать? Вы почти дошли до конца, и я решил, что пора сбросить маску. Татьяна мне больше не нужна. Я всего лишь убедил ее спрыгнуть отсюда, а сам на время воспользовался ее обликом. Но больше в нем нет нужды.
— Ты врешь! — выкрикнул Адриан. — Мортем бы поняла, что ее водят за нос. Она бы поняла, что Татьяна — не Татьяна.
— Мортем — всего лишь шавка Смерти. Пешка в ее игре. А тот, кто дал мне возможность вернуться и наделил некоторыми способностями, может обмануть даже Смерть. Он научил меня парочке фокусов.
— Ты не мог так поступить... — Адриан, не веря, смотрел на него и качал головой. — Не мог отнять у нее право на жизнь.
— Еще как мог, — оскалился Радж. — Я должен был тебе отомстить, а выбранный путь оказался идеальным. — Он схватил пленника за шиворот и подтащил к краю дыры в стене величиной с комнату. — Я с умилением наблюдал, как эта глупая девчонка вешалась на тебя. Она будет грустить, но не волнуйся, я утешу ее.
Злобно смеясь, Радж толкнул Адриана вниз. Сердце того замерло в ожидании неминуемой смерти. В голове застыл страх и одно-единственное слово: Эмма.
XXII. Чужая реальность
Четыре ряда шкафчиков. Один из них принадлежал Кадыру. Эмма понятия не имела, какой.
«И почему на них нет имен?» — раздраженно подумала девушка, медленно двигаясь вдоль очередного ряда одинаковых железных коробок прямоугольной формы и надеясь исключительно на чудо.
— Кадыр, ты чего там застрял? — прокричал парень, первым заметивший Эмму, когда она вошла в раздевалку. — Забыл, где твой шкафчик находится?
Тусклая искра надежды загорелась в душе, и Эмма повернулась.
— Э... знаешь, я что-то сегодня расклеил...ся. Не с той ноги встал, наверное. Не поможешь?
Парень удивленно посмотрел на нее.
— Ну, ты даешь! Вот же он.
Взгляд Эммы проследил за направлением пальца и уперся в один из похожих шкафчиков.
— Ключ-то хоть не потерял? — с усмешкой спросил молодой человек.
Ключ! Только что вспыхнувшая надежда погасла. Как она откроет шкафчик без ключа? Да и зачем ей, собственно, его открывать? Ну, конечно: плавки, шапочка, очки. Черт подери, ей придется надевать на себя чужие вещи!
«Спасибо, Мортем, обрадовала!» — раздосадованно подумала Эмма. Только купания в чужих плавках ей как раз не хватало!