— Сочтёмся, — невольно усмехнулся Керт, когда дал ментальное разрешение на свою часть колониальной планеты.
— Разумеется, — согласился Астен.
Когда официальная часть закончилась, Керт чувствовал себя измотанным как никогда. Радовало, что удалось достичь главных договорённостей между сторонами. Остались технические мелочи, которые будут решаться на уровне исполнителей.
Дейвин вышел из зала заседаний, оставив вместо себя Ларда. До сих пор решались вопросы с составом войск и количеством материальной поддержки. Увы, атриям практически нечего было предложить взамен. Раса только выходила из затяжного материального и демографического кризиса, до сих пор проживала на чужой планете.
И всё же кое-какую выгоду Атрийская империя получит.
Керт шёл по широкому коридору на смотровую площадку, находившуюся в ближайшей башне, когда ему навстречу вышла та, из-за кого и ради кого он здесь оказался.
— Дейвин!
Тоненькая, в лёгком голубом платье Варя почти не изменилась. Может чуточку повзрослела. Серые глаза такие же глубокие, как и раньше. Смотрят с любовью и заботой. Как он мог её забыть и не интересоваться, чем она живёт? Прошлое мощным ударом выбросилось из глубин памяти, заставляя всё вспомнить. Радость и боль, счастье и страдания, ревность и стойкое желание защитить.
Керт замер, с жадностью вглядываясь в знакомое и такое родное лицо. Внутри поднялась горячая волна радости, неверия в ответ на доброжелательную улыбку. Неожиданно для себя сделал шаг и сгрёб Варю в объятья. Нежно поцеловал в щёку, вдохнув забытый запах вербены и лайма, и нехотя отпустил.
— Варенька! Как ты?
— Спасибо тебе за всё, Дейвин, — произнесла Варя и мягко отстранилась от мужчины. — Я следила за ходом заседания, а когда поняла, куда ты направляешься, решила поблагодарить.
— А я думал ты соскучилась по старому другу, — усмехнулся Дейвин, невольно трезвея от вежливой холодности императрицы.
— Я соскучилась.
Варя взяла его за руку и повела к порталу.
— По тебе, Ларду, по Ирине. По всем вам. Не терпится всё узнать от тебя. Пойдём.
На смотровой площадке дул тёплый океанский ветер. Он быстро растрепал длинные волосы Громовой, но Варя не спешила их убирать, подставляя порывам лицо. На Серте властвовал субтропический климат из-за глобального потепления. Теперь из-за близости чужой звезды стало ещё жарче. Керт любовался бывшей женой. Внутри стало спокойно и тепло. Варя была счастлива и этого не скрывала.
— Как ты поживаешь, Дейвин? — тепло спросила Варя. — Как идёт возрождение расы? Встретил ли девушку? Когда собираешься стать отцом?
— Девушку?
Керт вспомнил Алевию и внимательно посмотрел на Варю. И всё-таки у Али совсем другие глаза. Нельзя сказать, что женщины похожи. На первый взгляд казалось, что похожи. Но нет... Совсем разные.
— Да так, — Дейвин пожал плечами. — Серьёзно у меня было только с тобой. Ты — единственная, с кем мне хотелось иметь детей. Но Варийя выбрала для семьи другого, — шутливо передразнил Астена.
Они ведь так и не разговаривали после той встречи, пронизанной болью разлуки. Много лет прошло, но всё вернулось вдруг на ту самую финальную точку. Шантаж Ариэса, горький разговор с Варей. Ведь он сам отправил её к серту. Неизвестно, кого выбрала любимая в тот день, но Дейвин предпочёл тогда не слышать об этом. А сейчас, случайно, затронул тайну прошлого, о которой боялся все эти годы узнать.
— Выбрала, да. Но и ты от меня отказался, — нахмурилась Варя, вспоминая прошлое.
— Только потому что император Аккубенса не гнушается ничем, когда дело касается его интересов. Главное цель. Каким способом её получить, не в счёт, — ухмыльнулся Керт и вдруг осёкся.
По глазам Громовой понял, что сказал лишнее.
— Дейвин, ты о чём? Не хочешь объясниться?
— Забудь, Громова, — отмахнулся Керт. — Мы с Браном тогда поругались.
— Постой, — но, Варя уже зацепилась, наклонила голову. — Когда это произошло? Что между вами было?
— У него спросишь.
— Нет. Ты мне расскажешь, — упёрлась она. — Он до сих пор молчал.
— Варя. Я уже жалею, что наговорил лишнего, — попытался спустить разговор на тормозах Дейвин. — Давай лучше поговорим о другом. Познакомишь меня с детьми?
— Керт!
Варя поджала губы.
— Отвечай! У нас никогда не было секретов друг от друга. Я имею право знать, что тогда послужило причиной столь резкой перемены в тебе.