— Варя, — глухо произнёс Астен, буравя её тяжёлым взглядом.
— Не требуй от меня невозможного. Я тебя не оставлю. Уверена, ты найдёшь выход.
— Атрии не нашли.
Варя улыбнулась, испытывая лишь одно желание поддержать мужа в такой непростой ситуации. Назревала беда, один шаг до катастрофы.
— Ты справишься. Я верю в тебя.
— Хорошо, сердце моё, — нехотя согласился Астен. — Но предупреждаю. Как только ситуация приблизится к критической черте, ты отправишься в безопасное место. Будешь сопротивляться, вывезу силой.
Вырвав руки из ладоней мужа, Варя даже вскочила от возмущения.
— Ты не посмеешь!
— Ты будешь жить, если погибнет Серт. Вернёшься на Землю. Там тебя будут ждать наши дети.
Астен встал следом. Варя стояла, чувствуя, какими стали тяжёлыми её руки и ноги. Всё тело налилось будто свинцом, внутри разлилось ощущение скорой безвозвратной потери. Не верить словам мужа нельзя. Если задумал, значит, обязательно сделает. Все его слова сейчас, его решение всего лишь прелюдия к дальнейшей разлуке. Время на подготовку, срок, чтобы смириться. Слёзы неожиданно подступили к глазам, когда его руки обвили её талию и мягко подтолкнули в объятья.
— Дети взрослые. Что мне будет до жизни без тебя?
— Я сделаю всё возможное, чтобы этого не допустить.
Астен ещё сильнее прижал к себе женщину, которую любил больше жизни. Он искренне верил в то, что произносил, но и понимал, что обязан её защитить. Ради неё и детей он будет бороться до конца. Приятное тепло Вари нежными волнами окутывало его ауру, потоки ласкали, но к ним явственно примешивалась едкая горечь. Она разъедала настроение, жалила не хуже осиных укусов, но влиять на эмоции любимой не хотелось.
— Всё, что будет в моих силах. Обещаю.
Варя сдавленно всхлипнула, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы. Слишком хорошо она знала своего мужа. Астен не оставит империю, он будет с ней до конца.
— Ренар в ближайшее время отправится в Дзинтарское королевство, а затем на Орхид. Он станет моим послом. Есть новейшие разработки. Мы попробуем сдержать угрозу, но для этого понадобятся все силы Альянса.
— Атриев позовёшь?
— Нет.
Варя поморщилась. Прошло столько лет, но муж по-прежнему не хотел ничего слышать об атрийском лидере, равно как и поддерживал связи с Атрийской Империей только в рамках вопросов касательно М-36. Земля была единственной темой, которая заставляла Астена вести с атриями переговоры, подписывать договора и соглашения, продолжать торговлю. Во всех остальных случаях атриев для императора не существовало.
— У Ларда, Дейвина может быть информация.
— Мы справимся без Керта, — сухо отрезал Астен. — Все уцелевшие хроники Атрия вчера доставили с хранилищ Орхида.
— Может есть что-то, чего нет в хрониках?
— Сердце моё, — ласково произнёс Астен. — Больше всего информации у Виленны. Мы уже практически приблизились к вскрытию пирамиды на зеркальном Атрии. Совсем скоро искусственный разум лирианцев окажется здесь. Она точно поможет нам.
Варя подавила вздох. Упрямство мужа в такой ситуации казалось кощунственным. Дейвин Керт до сих пор вызывал у Астена стойкую неприязнь, и ничего, совершенно ничего не могло изменить его отношение.
Это не было ревностью. По крайней мере, не в том виде, как если бы Астен был не уверен в её любви. Нет. Варя прекрасно помнила эти эмоции и как раз их не чувствовала от мужа. Но с чем связано было желание Астена держаться от атрия подальше, понять не могла. Император старательно держал дистанцию, возводя глухую непробиваемую стену между двумя империями с помощью холодной дипломатии, и словно пытался навсегда отсечь прошлое.
— Ну, хорошо. Будь по-твоему.
Варя уступила на время. Сейчас нужна передышка. Свыкнуться с мыслью, обдумать всё, возможно, придумать свой вариант действий на случай непредвиденной ситуации. Если Астен думает, что она как покорная овечка пойдёт на закланье, значит, он ошибается!
Она посмотрела в смеющиеся, серые глаза, с досадой отметив, что он уже давно всё просчитал. Даже её эти мысли! Не выдержав, фыркнула. Муж рассмеялся.
«Всё равно я что-нибудь придумаю», — прищурилась.
«Это мне в тебе всегда нравилось».
— Аля очень любит тебя, — вот и всё, что Варя произнесла. — Будь помягче с ней. Девочка ещё. Отважная, самоуверенная. Так на тебя похожа характером.
— И на тебя, — хитро улыбнулся он. — Я знаю, Варенька.
А потом наклонился и нежно её поцеловал. Так, как это делал всегда, словно и не было тех долгих лет прожитых вместе. Когда-то он сказал, что серты умеют любить, и каждый день, каждый час и минуту доказывал ей это своим вниманием, ласками.