Дейвина не было уже больше часа. Он уехал к перехватчику, чтобы выяснить, как складывались дела у Мартина и остальных. В ожидании атрия Алевия легла на траву. Смеркалось. Над головой проплывали большие кучерявые облака. Дул приятный тёплый ветерок. С погодой им, похоже, весьма повезло.
— Сэри Алевия, ужин готов, — позвал один из солдат.
Аля поднялась и увидела огни приближающихся дороциклов. Наконец-то! Практически побежала к Керту, паркующемуся чуть в стороне от костра. У него наверняка была информация. Она приблизилась к Дейвину и остановилась, внимательно рассматривая мрачное, нахмуренное лицо.
— Что с Мартином? — подскочила. — Есть новости?
— Поужинай сначала.
Дейвин кивнул на солдата, возле костра.
— Нет. Ответь. Что с Маром?
Керт поморщился, и Алевия вдруг отшатнулась. В сердце кольнуло. Неужели не доехал? Умер по дороге? По спине пробежал холодок, губы затряслись. Будто вал удушающей лавы прошёлся по внутренностям, выжигая всё дотла, как в жерле вулкана.
— Аля!
Дейвин шагнул к ней, схватил за плечи и всмотрелся в глаза. Атрий словно пытался рассмотреть в них что-то, непонятное даже ей. От его ауры потянуло беспокойством, неподдельным интересом и ожиданием.
— Что с тобой? — спросил он. — Марти ещё жив. Надеюсь.
— Что значит «надеюсь»?
— В перехватчике он был в крайне тяжёлом состоянии. Большая потеря крови, рваные раны. Сильная слабость. Я не знаю, успеют ли они довезти его до флагмана. Неизвестно, получится ли у Ларда провести реанимационные мероприятия. Время против мальчишки.
Оглушённая новостями Алевия стояла, не двигаясь. Во всём виновата она. Везде, где она есть происходят проблемы. С Маром, с Сертом, с родителями... И здесь они произойдут. Всего лишь надо чуть-чуть подождать. Она, Алевия Ариэс, одна большая проблема! Где бы не появилась...
— Сэри Ариэс. Ужинать будете? — спросил один из солдат.
— Не хочу.
Аля развернулась и пошла в сторону своей палатки, стоявшей на самом безопасном месте. Внутри неприятно жгло, растекаясь горечью и тоской. Чувство вины захлёстывало и переливалось через край, становясь практически невыносимым.
— Марти — дурак! Марти — дурак! — бормотала она, крепко сжимая кулаки, будто это могло ему помочь. — И я — глупая дура!
— Я так и знал! — рявкнул вслед беззлобно Дейвин. — Так и знал, что эта девчонка напрочь растеряет настроение и аппетит.
Алевия ничего не ответила. Всё, что хотела, спрятаться от всех подальше. Залезла в палатку, скинула комбинезон и легла под термоплед. Долго лежала, смотрела в тёмный потолок бездумно, отрешённо, желая только одного — истаять, распылиться в воздухе. Пусть бы ничего от неё не осталось.
Аля слышала, как Керт назначал дозорных, распределяя время дежурства. Где-то невдалеке ухала ночная птица, стрекотали цикады. Потом шум в лагере стих. Прошло ещё сколько-то времени. Неизвестно. Час. Может два. Может три. Алевия до сих пор не спала, вспоминая свою жизнь. Отца, походы и ссоры с ним. Отъезд на Землю и знакомство с Марти. Соревнования, Керта, ночной клуб. Вспомнила, как вернулась на Серт и на бал. Потом эвакуацию с мамой и побег. Дни на флагмане. Она! Точно она во всём виновата!
Сожаления, воспоминания накатывались беспощадными волнами, превращаясь в нечто щемящее, горькое. Вот Марти чуть не погиб и неизвестно выживет ли. Мама неизвестно спаслась ли. А что там делает звезда возле Серта, и как дела у отца? Живы или вместо Аккубенса уже давно большое облако из газа и пыли? А где любимый братишка Ренар? А что если она осталась одна? Совсем одна?
В какой момент по щекам потекли слёзы, она не знала. Из горла вырвался всхлип. Ещё чуть-чуть и всхлипы превратились в рыдания. Тихие, почти беззвучные. Аля плакала, крепко сжимая зубы, чтобы не услышал дозорный. И вдруг замерла,затихла, когда полог палатки отодвинулся.
— Аля. У тебя всё хорошо?
Быстро развернулась и уткнулась лицом в подушку, зажав рот кулаком. Но плечи всё равно предательски тряслись, и разговаривать она не могла. Любое слово выдаст её плачущую, несчастную, слабую. Ни за что нельзя показывать Керту. Начнёт потом издеваться!
— Алевия.
Вдруг почувствовала сильные руки, сжимающие её плечи. Попытка вцепиться в пол не удалась. Дейвин её отодрал вместе с пледом и крепко прижал к себе.
— Марти выживет, Аль. Он сильный, — тихо говорил он, уткнувшись губами ей в волосы. — Вот посмотришь.
И тут Алевию прорвало. Она заревела навзрыд.
— Я... Я виновата в том, что с ним произошло, — бормотала она ему в плечо. — Я играла с ним, а он решил, что всё серьёзно...