Как я морально не готовился к ближней схватке, но к такому удару по осьминогу я был точно не готов. Руки хоть и были зафиксированы хватами, но, похоже, с каждым малюсеньким движением их превращало в кашу. Сразу заработала маленькая закладка в хватах, в меня начало по капле поступать мазь регенерации. Руки ломались, кости хрустели, плоть не держалась. Звук этого действа был жутким, но восстановление было, к счастью, быстрым. Главное, хваты держались, а я тем временем вгрызался в осьминога всё сильнее и сильнее. Потом в какой-то момент стало легко, однако, не теряя запал, я продолжал ударный винт уже на всей той своре врагов, что витала в округе.
Действие винта остановилось внезапно, а я, по инерции ещё немного прокрутившись, начал быстро оценивать обстановку. Осьминог был по факту разделан… Или лучше сказать, превратился в фарш. Большую часть Робокс захватил сам, благодаря специальной встройке. Множество щупалец осьминога и куски тварей взяла на себя действующая ловушка, а остатки туш подобрал не до конца развёрнутый центр ниже.
Бой тем временем подходил к концу. Спохватившись, я поспешно отдал команду вернуть в бункер всю помеченную военную расходку из гальвиора и двейнского серебра. В общем и целом успел. Гальвиор вернулся весь, а серебро — дорогой, но восполняемый ресурс. Потом начал носиться по полю боя, оперативно добивая отползающих тварей и всё, что попадалось на пути, но с приоритетом на ваарту и химер. По ходу проверил первого осьминога: его стайка зондов тралом тянула вниз. Однако, с улыбкой глядя на эту процессию, я решил оперативно переиграть. Направив к нему ещё пару десятков зондов, велел тащить наверх, ко мне…
Глава 14. Первое серьёзное знакомство с Хаосом
Битву я выиграл блестяще, однако для автоматизации охоты этого явно недостаточно. Кроме того, есть у меня смутные сомнения, что одним массированным ударом дело не ограничится. Отдал логи Робокса на вход анализатору, дабы обновить стратегию, и запросил аридо про возможности изготовления крепостей, чтобы держали удар осьминогов.
Ловушке, попавшей под удар хаотической волны, досталось основательно. Но после более тщательного осмотра стало понятно, что все не так плохо: главное хранилище было в норме. Перенастроил её заново, обслужил вторую ловушку и полностью развернул третью. Пусть теперь тут будет укреплённый треугольник. В добавок в “штат” каждой ловушки определил с десяток зондов для помощи роботу с добычей и сразу дал приказ обновить стратегию и состав всех ловушек. Пока возился, зонды притянули тушу осьминога, и я окончательно начал подсчитывать добычу: Осьминог — два штуки, Ваарту — двадцать пять туш, Химера — семьдесят две, Сколопендр — три тысячи пятьсот и Хаотических червей восемьдесят пять штук.
Откуда взялись черви я прочитал уже в истории: они появились из-за осьминога. Что это за зверь по знакам пока не понятно, но вид ужасный. Тело чем-то похоже на анаконду, но вместо морды — акулья пасть. Смотреть на него мерзко, а как из него аффиксы добывать — ума не приложу, даже трогать его не хочется…
Однако эта находка дала понять, что высшие монстры ходят с собственной свитой, чем-то похожей на них самих и дополняющих их возможности. Если ваарту были с упором на защиту, а их слуги с электроударом, то стратегия этого тандема очевидна: ваарту видят жертву, а сколопендры — ударные миньоны для зачистки врагов. Предполагаю, что осьминоги с немногочисленными червями, скорее всего, заточены под титанов, а это очень интересно, ведь эта связка, возможно, используется против божественных сущностей, и разработана неслабым существом хаоса. Уж лучше мне учиться на примере, чем самому изобретать велосипед…
Знаков с этой добычи уже будет прилично. По адамантовым знакам я, скорее всего, уже смогу закрыть один пункт задания, а по “мифрилу” должно остаться совсем ничего. Теперь нужно усиленно добывать золотые знаки и набить совсем немного с осьминогов.
Конечно, в данном случае долгая и последовательная подготовка меня сильно выручила. Однако я чётко понимал, что это всего лишь зверюшки. Да, сильные, да, много, но совершенно не разумные. И главная дилемма — хаотическое божество. Вот он-то теперь от меня точно в ярости! Ну что поделаешь, это вопрос жизни и смерти. Моей, конечно, жизни. А смерти… Ну, как пойдёт…