--Я боюсь идти в районную поликлиннику. Они сразу сообщат в органы, что я пришла.
-- А ты не пойдёшь в свою поликлинику. Я возьму направление на обследование, в нашей ведомственной поликлиннике, а пройдёшь его ты. Я сама буду тебя отвозить на служебной машине.
-- А потом что? Куда девать все результаты обследования?
-- Не поверишь, как тебе повезло! Я тебя отвезу лечиться, к своему отцу. Он глав врач больнички в Ивановской области, в небольшом посёлке. Там ты пролечишься и поживёшь на свежем воздухе. Для всех ты будешь родственницей моего папы. Там окрепнешь, отвлечёшься от всего, что тебя так тяготит и беспокоит. Ты ещё совсем молодая и быстро поправишься.
Через месяц, Вероника согласилась поработать в местной школе учителем.
Острая нехватка учителей и даже людей со средним образованием, привело к тому, что директор местной школы Варвара Михайловна, увидев Веронику, целый месяц уговаривала её поработать в школе.
Молодую учительницу из самой Москвы, родственницу глав врача, очень полюбили дети и их родители. Вероника с трудом привыкала к тому, что взрослые и дети обращаются к ней по имени и отчеству. Теперь она для всех Вероника Михайловна.
Вот такие "игры судьбы", кто бы мог подумать, что Вероника станет сельской учительницей, а Диана, из директора школы, превратится в швею надомницу.
36 Глава От тринадцатого января, до пятого марта
Время больших перемен
Тринадцатого января 1953 года --грянул гром из сообщения ТАСС. В этот день, в газете "Правда" вышла статья под заголовком "Подлые шпионы под маской профессоров врачей", в редактировании, которой, участвовал Сталин.
Из статьи следовало, что фигуранты дела были куплены американской разведкой. Вербовкой врачей, якобы, занималась международная еврейская благотворительная организация "Джоинт". Статья указывала на факты разоблачений и наносила сокрушительный удар по поджигателям войны!
Одновременно, вышло сообщение ТАСС, в котором утверждалось, что "врачи преступники" старались в первую очередь, подорвать здоровье руководящих кадров. Всю информацию о следствии по делу врачей передали по радио.
Этому заявлению предшествовала волна арестов.
************
Работы очень много. Первые пять дней совсем ничего не было, а теперь везут материал и нитки постоянно, через два дня. Диана, еле успевала, строча на машинке наволочки и простыни.
-- Диана, ты целыми днями, строчишь на машинке. Может не нужно так сильно утруждать себя. Здоровье оно дороже, чем твои деньги.
--Фаина Моисеевна, я за декабрь заработала больше, чем зарабатывала в школе, когда я была директором. Отдавая должное Яше, он зарабатывал больше меня. Вы поймите, нам надо будет делать ремонт в своей комнате. Мы не сможем здесь жить всё время. Для ремонта нужны деньги.
В работающем репродукторе раздался голос Левитана со специальным обращением. И вдруг:---Сегодня, тринадцатого января и т д....!
Слёзы горести потекли из глаз по щекам Дианы. Ни какой случайной ошибки не произошло. Яков Борисович отнесён в группу "врачей вредителей". Надежды на скорые перемены к лучшему больше нет. И вообще, ничего хорошего больше не будет,
--Чего реветь, давай пиши товарищу Сталину. Он во всём разберётся и примет правильное решение. Конечно, ему ничего не доложили, а ты напиши.
-- Фаина Моисеевна, лучше помолчите! Это линия Сталина, назначать врагов. Потом, все наши промахи,списываются на вредителей. А он, отец всех народов, наш спаситель.
--Ничего, что вы живёте в вонючих бараках, за то я вас спасаю от "врагов". А кто враг? Наш Яков Борисович!
-- Я верю, в то что Сталин не совершает ошибок! Яшу оговорили завистники и неудачники, каких слишком много и они вредят по всей стране. Первый среди них, сын врага народа, Крылов. Ты спишь с ним и ничего не видишь вокруг, а жаль. Твой сын Аркадий и то больше тебя знает, что кругом происходит.
-- Это вас Муха,вернувшись из КПЗ просвятил? Его не посадили, признали невменяемым, хотя других по делу с кражей руберроида посадили. За то, как только, Муха освободился из под ареста, он вас, Фаина Моисеевна затащил в чулан для зимних рам, здесь на втором этаже и отодрал, как последнюю суку.
-- Я его боюсь, а потому не сопротивляюсь. Он обещал, что за Аркашку любого убьёт. А мне--то чего? С меня не убудет.
Вот ты, зря так себя расстрачиваешь. Юрка твоего мизинца не достоин. Подумаешь, в институте он учится. Ему двадцать, а он на первом подготовительном курсе.