— Алиса, что случилось? Ты вся какая‑то бледная.
— Ничего, — я попыталась улыбнуться. — Просто… думала, что хотя бы Крис напишет. Хотя бы короткое «с днём рождения». Но тишина.
Эндрю нахмурился:
— Странно. Он вчера говорил мне, что всё подготовил. Даже какой‑то сюрприз.
— Сюрприз? — я подняла глаза. — Какой ещё сюрприз?
— Не знаю, — он развёл руками. — Сказал только, что это важно и что он не может подвести тебя в такой день.
Господин Август, до этого молча наблюдавший за нами, мягко произнёс:
— не переживай он занят немного
В этот момент двери ресторана распахнулись. Все обернулись. На пороге стоял Крис — в слегка помятом пиджаке, с растрёпанными волосами, но с сияющей улыбкой. В руках он держал Букет Красных роз.
— Простите, простите за опоздание! Пробки, потом ещё машина заглохла на полпути, потом искал, где перепарковаться… Но я здесь! — Крис широко улыбнулся, переводя дух.
Крис тут… Он приехал из Германии… Господин Август будет ой как зол. Я лишь кинула взгляд на отчима — и тот улыбался, попивая вино
— Иди, давай. Он проделал долгий путь, — мягко произнёс господин Август, и в его голосе не было ни капли раздражения.
Я улыбнулась широко и, встав из‑за стола, побежала к нему. Букет из его рук упал на пол, но нам было всё равно. Он подхватил меня, обнял крепко — так, что перехватило дыхание, — и поцеловал в губы. Поцелуй был страстным, ненасытным, в нём читались все те чувства, которые он не мог показать мне из‑за расстояния: тоска, радость встречи, облегчение, любовь.
Вокруг раздались аплодисменты и радостные возгласы. Эмма первой захлопала в ладоши и закричала:
— Наконец‑то! Мы уж думали, ты никогда не появишься!
Они знали вот же…
Мы разомкнули объятия, но Крис не отпустил мою руку. Его глаза блестели — то ли от счастья, то ли от усталости после долгого пути.
— Ты… ты правда приехал? — прошептала я, всё ещё не веря. — Из Германии?
— Конечно, — он улыбнулся, провёл рукой по моим волосам. — Как я мог пропустить твой день рождения? Тем более восемнадцать лет бывает только раз.
Господин Август подошёл ближе:
— Добро пожаловать домой, сынок. Прости меня, что я был с вами так строг. Я слишком сильно думал о репутации, не подумав о ваших чувствах.
Крис слегка растерялся — видно было, что он ожидал совсем другого приёма. Он выпрямился и посмотрел господину Августу прямо в глаза:
— Спасибо, отец, — тихо произнёс Крис, и в этом слове прозвучало столько невысказанного: и благодарность за признание, и облегчение, и робкая надежда на новое начало.
Мы стояли втроём, и между нами словно протянулись невидимые нити — нити прощения, понимания, нового доверия. Я почувствовала, как напряжение, годами сковывавшее наши отношения, наконец отступает.
Эмма, не в силах больше сдерживаться, бросилась к нам:
— Ну вот! Теперь мы одна большая счастливая семья! — она обняла сначала меня, потом Криса, потом даже господина Августа, который, к всеобщему удивлению, не отстранился, а слегка похлопал её по спине.
— Да, похоже на то, — улыбнулся Эндрю, подходя ближе. — И знаете что? Это отличный повод для ещё одного тоста!
Он поднял бокал:
— За семью. Не ту, что даётся при рождении, а ту, что мы создаём сами — из дружбы, любви, верности и умения прощать. За Алису, за Криса, за отца — и за то, что сегодня мы стали ещё ближе друг к другу.
Гости подхватили тост, зазвучали аплодисменты. Кто‑то включил музыку — мягкий джаз, создававший атмосферу уюта и праздника.
— Потанцуешь со мной? — Крис протянул мне руку.
— Конечно, — я вложила свою ладонь в его.
Мы вышли на танцпол. Вокруг кружились другие пары, Эмма с Эндрю смеялись и поддразнивали друг друга, господин Август о чём‑то беседовал с парой гостей, но время от времени бросал на нас одобрительный взгляд.
Крис прижал меня к себе чуть ближе, чем позволяли правила приличия, но сейчас это было неважно.
— Всё правда меняется, да? — тихо спросила я, уткнувшись носом в его пиджак. Пахло дорогой кожей и чем‑то неуловимо «крисовым» — его одеколоном, теплом, домом.
— Да, — он провёл рукой по моей спине. — И это только начало. Я больше не уеду надолго. Буду рядом. И докажу, что могу быть надёжным — не только тебе, но и ему.