— Мы сами разберёмся! Нам не нужны твои нравоучения и твоя опека! Мы не маленькие! — кричит он, и эти слова эхом отдаются в стенах дома.
Крис и Эндрю выходят из столовой, а затем и из дома. Их силуэты исчезают за дверью, оставляя после себя лишь тяжёлый осадок невысказанных слов и нерешённых проблем.
Я стою в проёме и смотрю на господина Августа. К нему подходит мама и обнимает его, аккуратно поглаживая по голове. Её движения мягкие, почти невесомые, словно она пытается успокоить разбушевавшуюся стихию.
— Я не знаю, что делать… они ведь угробят себя, — голос господина Августа дрожит, и вся та уверенность, что излучал этот мужчина, просто исчезает, оставляя лишь измученного отца, который не знает, как помочь своим детям. — Они думают, что я не знаю о их нелегальных боях…
Нелегальные бои? Сердце сжимается от тревоги. Как они могли дойти до такого?
— Они уже взрослые, милый, обоим по двадцать, они не будут тебя слушать, пока сами не поймут, что творят… Главное, чтобы не стало слишком поздно, — мама говорит это тихо, но в её словах звучит непоколебимая вера в то, что всё наладится.
Я захожу в столовую, и на меня сразу устремляются две пары глаз — полные усталости и тревоги. Я подхожу и сажусь рядом, чувствуя, как атмосфера в комнате становится чуть менее напряжённой.
— Они просто не могут смириться с смертью их матери… Это тяжело, и я их понимаю, — произношу я, стараясь вложить в слова всю ту поддержку, которую могу дать.
— Милая… — немного дрожащим голосом произносит мама, и в её глазах мелькает благодарность за то, что я пытаюсь их понять.
— Я знаю, что это очень тяжело — терять родителя. Я наслышан о твоём отце, и я уверен, что сейчас он тобой гордится, — произносит господин Август, беря мою руку и поднимая мою голову, чтобы заглянуть в глаза. Его взгляд тёплый, полный искренности, и на мгновение мне кажется, что он видит во мне не просто девушку, которая живёт в его доме, а кого‑то, кто стал частью их семьи.
Я улыбаюсь и обнимаю крепко господина Августа. Он на мгновение оторопевает и не касается меня, но затем обнимает, крепко прижимая к своей груди. Стук его сердца звучит в унисон с моим, и даже за такое маленькое время, что я в его семье, он стал мне по‑настоящему дорог. И как будто та дыра на сердце после смерти папы начинает затягиваться, оставляя вместо себя тёплое чувство принадлежности.
К нам присоединяется мама, и теперь я, кажется, счастлива. Я чувствую любовь и поддержку — то, чего мне критически не хватало все эти годы.
— Ладно, девочки, — господин Август отстраняется и оставляет невесомый поцелуй на моём лбу, а маму целует в губы. — Мне нужно в компанию. Алиса, тебя довести до университета?
— Сегодня занятия отменили, поэтому я бы хотела погулять с подругой… Можно ведь? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри просыпается надежда на хотя бы немного беззаботный день.
— Конечно, — говорит мама с тёплой улыбкой. — Эмма — милая девушка, я рада, что тебя окружают такие люди.
— Жаль, что не все такие… — тихо произношу я, вспоминая, как порой мир кажется жестоким и несправедливым.
— В мире, простите за мой французский, слишком много придурков. Но если ты не будешь давать себя в обиду, ты станешь сильнее, — господин Август говорит это с лёгкой усмешкой, но в его словах звучит твёрдая уверенность.
Я смотрю на господина Августа, он встаёт и, помахав нам, выходит из дома. Я перевожу взгляд на маму, и мы обе не сдерживаем смеха.
— Он тебя так и не пускает на работу, — смеюсь я, и мама подхватывает мой смех.
— Он считает, что его будущая жена работать не должна, и он может нас спокойно обеспечивать, — говорит мама с такой нежностью, что я невольно начинаю улыбаться. Мама сейчас по‑настоящему счастлива с этим мужчиной, и мне даже как‑то спокойнее от того, что она не одна и что теперь у нас счастливая и полная семья. Хоть Крис и Эндрю этого не понимают, но я думаю, это дело времени. В любом случае я буду стараться найти к ним подход.
На мой телефон приходит сообщение от Эммы:
Подруга, я уже у твоего дома, выходи скорей.
Выхожу, — пишу я в ответ.
Я прощаюсь с мамой и выхожу из дома, направляясь навстречу Эмме. Наши дома не особо далеко друг от друга, что не раз спасало нас во время наших долгих прогулок.
Снег медленно падает, создавая белый и на вид пушистый ковёр на земле. На улице становится с каждым днём всё прохладнее, и теперь не получится погулять в лёгких летних платьях. Привет, тёплые свитера и пальто! Воздух наполнен свежестью, и каждый вдох будто наполняет меня новой энергией, несмотря на тревожные мысли.