— Выпей. Станет легче, — сказал он тихо.
Я сделала несколько глотков, чувствуя, как холодная вода немного приводит меня в чувство. Крис всё ещё держал мою руку, и это прикосновение неожиданно стало опорой.
— Это просто сон, — повторил он, глядя мне в глаза. — Просто сон.
Я кивнула, но внутри всё ещё бушевала буря. Кошмар оставил слишком глубокий след.
— Я… я не могу поверить, что это было не по‑настоящему, — прошептала я, сжимая стакан так, что пальцы побелели. — Всё было таким… реальным.
Эндрю сел рядом, слегка коснувшись моего плеча.
— Алиса нужно успокоится,. Мы рядом, — сказал он твёрдо. — Поняла?
Я посмотрела на них — на этих двух парней, которые обычно только и делали, что дразнили меня, — и почувствовала, как в груди теплеет. Может, они и не были идеальными братьями, но в этот момент они были именно теми, кто мне нужен.
— Спасибо, — выдохнула я, и на этот раз слёзы были не от страха, а от облегчения.
—А сейчас ложись и засыпай — сказал Крис поправив мое одеяло
Я закрыла глаза и стала проваливаться в царство морфеи.
****
Утро началось в суматохе. Я и Эмма следили, как стилисты творили настоящее волшебство, превращая маму в королеву. Её волосы, обычно аккуратно собранные в пучок, теперь превратились в пышные, блестящие локоны, обрамляющие лицо мягкими волнами. Макияж был выполнен с безупречной точностью — никаких ярких акцентов, только нежные пастельные тона, подчёркивающие естественную красоту.
Я за неё очень рада. И она, кажется, счастлива — в её глазах светится тот особенный свет, который бывает только у человека, стоящего на пороге самого важного дня в жизни.
— Интересно, Крис и Эндрю придут на свадьбу? — спросила Эмма, не отрываясь от телефона. Её пальцы быстро скользили по экрану, будто она пыталась успеть сделать сотню дел одновременно.
— Не знаю… Но я думаю, должны. Всё-таки их отец женится, — ответила я, слегка пожав плечами. Мысль о том, что братья могут пропустить такое событие, казалась странной, но в то же время вполне возможной — их отношения с Августом всегда были непростыми.
Я посмотрела на Эмму, а она — на меня. В её взгляде читалась та самая неподдельная поддержка, которую я так ценила. Она молча взяла мою руку, и это простое прикосновение мгновенно согрело душу. За эти полгода Эмма стала для меня настоящей подругой — той, кто всегда рядом, кто выслушает, поймёт и не станет осуждать.
Дружба с Грейси, конечно, тоже была замечательной, но с Эммой всё было иначе. С ней я чувствовала себя спокойнее, увереннее. И, что самое главное, я почему-то была абсолютно уверена: Эмма никогда не попытается увести у меня парня, не станет строить козни или играть в игры. Она была настоящей.
— Я так волнуюсь… — произнесла мама, делая глубокий вдох. Её пальцы слегка дрожали, когда она поправила край платья. — Вдруг что-то пойдёт не так?
— Мама, всё будет хорошо. Это твой день, — я встала, подошла к ней и положила руки на её плечи. — Ты красавица, и ничего не испортит тебе этот день.
Её глаза наполнились теплом, а на губах появилась благодарная улыбка. Я старалась говорить уверенно, но в глубине души меня до сих пор не покидали мысли о том кошмаре. Однако я твёрдо решила: сон — это всего лишь сон. Просто банальная фантазия моего мозга, не имеющая ничего общего с реальностью.
— Спасибо, что ты рядом, милая, — мама положила свою руку на мою и мягко улыбнулась. — И тебе, Эмма.
Эмма ярко улыбнулась и подошла к нам. Её энергия всегда заряжала, а оптимизм казался неиссякаемым.
— Я думаю, нам пора, Алиса. А невесте надо собраться с духом, — сказала она, подмигнув маме.
Я кивнула, поцеловала маму в щёку и вышла из комнаты. Мы с Эммой направились в холл, где должна была пройти торжественная часть церемонии.
Зал был украшен в бело-лавандовых тонах — изысканно, утончённо, с лёгким намёком на романтичность. Гирлянды из живых цветов свисали с потолка, создавая ощущение невесомости, а мягкие скатерти на столах переливались в свете свечей. Я невольно начала нервничать, когда увидела, сколько людей собралось. Гости оживлённо переговаривались, смеялись, поправляли наряды — всё это создавало атмосферу праздника, но одновременно усиливало моё волнение.
И тут я увидела их.