Внутри нарастала паника, удушающая, всепоглощающая. По щекам текли слёзы — горячие, солёные, они капали на рубашку, оставляя тёмные пятна. Все мои попытки оттолкнуть его оказались тщетны — его хватка была железной, движения резкими и безжалостными. Я задыхалась — не только от его объятий, но и от ужаса, который сковал всё тело. В голове билась одна мысль, повторяющаяся, как мантра: «Кто‑нибудь, помогите! Пожалуйста, кто‑нибудь…»
Воздух в уборной стал густым и тяжёлым, почти ядовитым от запаха алкоголя и пота. Свет флуоресцентной лампы над зеркалом мигал, создавая прерывистые тени, которые дёргались на стенах, словно живые существа. Я чувствовала, как паника сковывает мышцы, а сердце бьётся так сильно, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.
— Отпусти меня! — выкрикнула я, в последний раз пытаясь вырваться. Мои руки дрожали, когда я упиралась в его грудь, но Рой был слишком сильным.
Он лишь рассмеялся — этот звук резанул по нервам, как ржавое лезвие.
— Алиса, Алиса, — его дыхание обжигало кожу, — ты всегда была такой упрямой. Но сегодня всё будет, по-моему.
Я закрыла глаза, пытаясь собраться с силами. В голове проносились обрывки мыслей: «Где Крис? Где Эндрю? Эмма? Почему никто не идёт?» Музыка из зала доносилась приглушённо, словно из другого мира — весёлый ритм, который больше не казался радостным, а звучал издевательски.
Внезапно дверь с грохотом распахнулась, чуть ли не слетая с петель
21 Глава
Дверь распахнулась с громким стуком, ударившись о стену. Рой вздрогнул и резко повернул голову в сторону звука. На пороге стоял Крис — лицо искажено яростью, скулы напряжены, а в глазах полыхает такой гнев, что, казалось, ещё чуть‑чуть — и из ушей повалит пар. За его спиной застыл Эндрю: губы плотно сжаты, пальцы непроизвольно сжимаются и разжимаются, взгляд ледяной, пронизывающий. Рядом с ним, широко раскрыв глаза и прижав ладонь ко рту, стояла шокированная Эмма.
— Отвали от неё, Картер, — процедил сквозь зубы Крис, делая шаг вперёд. Его голос звучал низко и угрожающе, будто рык загнанного в угол зверя.
— Явились, — Рой слегка отступил, но не освободил меня, продолжая удерживать за предплечье. Его хватка стала ещё болезненнее. Он окинул Криса насмешливым взглядом, пытаясь сохранить видимость превосходства, хотя в глазах мелькнула тень беспокойства. — И что? Что вы сделаете?
— Украшу твою морду так, что родная мама не узнает, — Крис сделал ещё шаг, сжал кулаки. Мышцы на его руках напряглись, вены вздулись от сдерживаемой ярости.
Рой нервно хохотнул, но я заметила, как дрогнули его пальцы.
— Да ладно тебе, Крис, — он попытался придать голосу небрежности, но вышло фальшиво. — Мы просто разговаривали. Правда, Алиса? — он резко дёрнул меня к себе, заставляя сделать шаг вперёд.
Я закусила губу, стараясь не показать страха. Эндрю вышел вперёд, встал рядом с Крисом. Его голос прозвучал холодно и чётко, словно лезвие:
— Картер, отпусти её. Немедленно. Ты перешёл все границы.
— О, какие мы серьёзные, — Рой попытался усмехнуться, но улыбка вышла кривой. Он оглянулся по сторонам, будто ища пути к отступлению. — Может, Алиса сама хочет остаться со мной?
Хочу ли я? Нет, тысячу раз нет! Но он держит меня так крепко, что я даже не могу отрицательно покачать головой…
— Алиса хочет, чтобы ты отпустил её, — резко перебил его Крис. — И если ты не сделаешь это прямо сейчас, я не гарантирую, что ты уйдёшь отсюда на своих ногах.
Эмма, наконец, вышла из оцепенения. Она шагнула вперёд, её голос зазвенел от гнева:
— Рой, ты пьян и несёшь чушь! Отпусти её, пока не стало хуже. Ты же видишь, что она напугана!
Рой замер на мгновение, переводя взгляд с одного лица на другое. Он явно оценивал шансы — и понимал, что перевес не на его стороне. Его хватка на моём предплечье ослабла, и я тут же отступила назад, к Крису. Свобода… Наконец‑то! Но ноги не держат, всё тело дрожит, будто я пробежала марафон…
— Ладно, ладно, — он поднял руки в притворной капитуляции, отступая к двери. — Не стоит так нервничать. Я просто хотел поговорить.