Пролог
Прислонившись к огромному дубу спиной на не менее огромных выпирающих над землей корнях сидела девушка.
Исполин рос в самом конце небольшого селения, расположившегося глубоко в лесу. Дерево считалось главной достопримечательностью. Именно здесь проводились наиболее важные мероприятия местного населения: начиная от наречения новорожденных младенцев до проводов в последний путь. И конечнот же это было любимое место встреч молодых влюбленных.
Откуда пошла слава великана уже никто не помнил. Даже если кому бы и пришло на ум покопаться в истории дуба , от старожилов он услышал бы только то, что деды их дедов уже почитали его и проводили под его кроной все обряды.
С одной стороны великана из под корней вытекал ручей, который уже метров через триста вливался в тихую небольшую речушку, полную рыбы. Кристально чистая вода ручья считалась целебной. Каждый день местные кумушки, вооружившись коромыслом да ведрами, приходили за водой, а заодно посплетничать и поделиться последними новостями.
С другой же стороны выпирали корни, на которых так удобно сейчас расположилась Оника в ожидании своего Онара. Время шло, Онар все не появлялся. Пока Оника его ждала с губ ее не сходила улыбка, немного рассеянная, кто то бы сказал даже что глупая, но счастливая. Такая, по которой можно узнать каждого влюбленного человека.
Глава 1 (Элай)
В добротном большом доме за крепко сбитым деревянным столом сидел невысокий коренастый мужчина. На вид ему можно было дать лет тридцать-трижцать пять. Черные волосы с легким налетом седины едва касались плеч, густая черная борода, тоже уже слегка задетая годами покрывала подбородок. Небольшой нос и румяные щеки. Лучики морщинок вокруг глаз сводили на нет всю напускную грозность старосты деревни Мис. В мозолистых руках он держал пергаментный лист, который надо было подкорректировать. Чем больше мужчина читал и добавлял записи, тем довольнее становился его вид.Темно- карие глаза зажглись горделивой радостью, когда он вписал последние числа.
Никто не знает сколько лет назад был построен первый дом ставший началом для селения Мис. Но каждый знал, что деды его дедов проводили обряды у великого дуба, который разительно выделялся среди остальных деревьев, окружающих деревню.
Десять лет назад, когда Элей принимал объязанности старосты, Мис состоял из ста пятидесяти трех домов. Чужак, сбежавший из плена жестокого и воинственного народа, который гордо называл себя кече-йоча- дети солнца.Они жили в пустыне, который непроходимым кольцом обнял великий лес.От произвола этого народа страдали все поселения, находящиеся близко к границе между пустыней и лесом.
Худые, с узкими глазами, широким носом, с абсолютным отсутствием волос на голове и с кожей цвета молочного шоколада. На голове и на теле у кече-йоча были нанесены узоры. Чем больше узоров, тем опытней и опасней воин.Очевидцы, выжившие по счастливой случайности, говорили, что вождь жителей пустыни полностью покрыт рисунками, значение которых было не известно жителям леса. На черном фоне узоров у него ярко выделялись глаза- светло-коричневые обычно в бою начинали отдавать в красный. Некоторые роднили его с демонами, ибо и цвет глаз и жестокость, с которой он обращался как с пленными так и со своими провинившимися воинами не присуща человеку.
Напав на деревни они убивали почти всех людей.Под их гнетом в пустыню уходили только самые сильные мужчины и самые красивые женщины. И никто не возвращался обратно. Элей был первым и последним. Ему не просто удалось сбежать, но и узнать, как защитить свой народ и великий лес от набегов народа кече-йоча.
В то утро, когда родная деревня Элея была сожжена дотла, ничего не предвещало беды. Дозорные отправились по своим обзорным точкам, а Элей и еще двадцать мужчин после небольшой тренеровки ушли на охоту. Воздух наполненный запахом хвои и летней зелени разрывал веселый детский смех, на деревенской площади у нового колодца щебетали кумушки, изредка со дворов слышался ленивый непродолжительный лай собак и истеричные крикикурочек-несушек-идиллия.
Они появились из ниоткуда, будто материализовались из воздуха. Десять воинов кече-йоча, всего десять. Первыми пострадали женщины и дети, находящиеся на улице. Успевшие к тому времени отойти на приличное расстояние Элей с товарищами, услышав крики, изо всех сил рванули обратно. Двадцать минут им понадобилось, чтобы добраться до первого, крайнего, дома деревни. Бывшей деревни. Потому что кроме пепелища они ничего целого и никого живого не находили. Слезы застлили глаза взрослых мужчин - воинов, когда они увидели изуродованные тела родных и близких. Тех, с кем они общались буквально час назад. Оружие выпало из рук некоторых и они схватившись за голову попадали на землю, издавая душераздирающий крик полный боли, страдания, тоски и отчаяния. Токмурза, старший отряда, мужчина лет сорока пяти, упал на землю замертво, не выдержало сердце. А Элей стоял и смотред вокруг. Его взгляд лихорадочно блуждал по живым и мертвым, по обгоревшим останкам домов в то время как в голове вертелась только одна мысль: "Хоть бы ты успела сбежать и спрятаться".