— Да, ну! — махнул рукой на последнее заявление Мали Сергей. Взяв девушку за руку, он потащил ее на кухню. — Из меня актер не очень. А вот голосом поработать, это, пожалуйста.
— Ну, как знаешь! — усмехнулась Мали.
Когда они сели ужинать, парень еще очень долго рассказывал о возможностях, которые теперь перед ним откроются, о новых знакомствах. Он рассказывал Мали о перспективе нового фильма и о том, что это будет за фильм. Конечно, сценарий он уже получил, и теперь ему предстояло подучить его и определиться со своим голосом. Мали слушала его, раскрыв рот. Она была так рада за своего любимого, что это было просто не передать словами. Она задавала ему вопросы, показывая, что ей эта тема очень интересна. И такое внимание со стороны очень льстило Сергею. И он вновь принимался описывать свою новую работу еще более красочно и выразительно. О том, что Мали с девчонками сегодня встретила гадалку и о том, что эта гадалка напророчила Мали, девушка совсем забыла. В прочем, быть может и правильно.
— Так, ладно. Я в душ. — произнес Сергей, когда их ужин растянулся на два часа. — Ты со мной? — ехидно поинтересовался он у Мали, но что девушка слишком резко отрицательно покачала головой. Хмыкнув, Сергей ушел, а Мали стала мыть посуду.
Когда она полотенцем вытирала тарелку, у нее зазвонил сотовый телефон. Поставив посуду на полку и вытерев руки, Мали приняла вызов.
«— Мали, привет! Узнала?» — протараторил Толик в трубку. Он дышал очень глубоко и часто, и Мали подумала, что он куда-то бежит.
— Привет. Да, у меня определился твой номер. — отозвалась Мали, подходя к окну, за которым в ярком свете фонарей огромные снежинки, хлопьями ложились на асфальт, на машины, на прохожих.
«— Отлично! Опять нужна твоя помощь?! — виновато произнес Толик в телефон. — Я тебя уже, конечно, задолбал, но…»
— В чем?
«— Представляешь! — волнительно начал он. — У моей девушки завтра День Рождение! А я, дебил такой, про подарок даже не вспомнил! А сейчас время уже позднее! Несколько магазинов еще работают, но блин, в какой я должен идти!? Подскажи, плиз!»
— Так, успокойся! — серьезно проговорила Мали. — Значит, где ты сейчас?
«— Я в центре! Возле „Алевтины“!»
— Он открыт?
«— Да! — ответил Толик на вопрос Мали и зашел в магазин, так как посторонний шум куда-то исчез. — Охренеть!»
— Что такое?
«— Да тут как-то странно… — промямлил он в телефон. — Так, что покупать-то?»
— Посмотри на бижутерию. — предложила Мали. — Или… Она любит кольца?
«— Кольца любит! — утвердительно ответил Толик. — Только… Не будет ли это, как намек?..»
— Не будет!
«— Все, подруга. — спустя минуту молчания сказал Толик. — Я нашел, что искал. А покажите мне это кольцо!?»
— Всё? Ты определился? — улыбнувшись, спросила Мали. Ей стало приятно от того, что Толик назвал ее подругой. Почему?
«— Да! — восторженно ответил Толик. — Спасибо за помощь!»
— Да, ладно! — радостно махнула ракой Мали и задержалась взглядом за отражением в стекле. — Обращайся… Пока…
«— Ага! Обязательно! До завтра!» — отозвался Толик, и Мали нажала на отбой. Медленно повернувшись, она опустила взгляд на свои руки, которые крепко сжимали телефон.
Сергей, обмотанный полотенцем вокруг бедер, угрюмо уставился на Мали. Он видел, что девушка его сейчас боится, но… Черт! Это его несколько заводило! Медленным шагом он подошел к ней, и заставил ее поднять свое лицо. Былая радость вмиг исчезла, заменяясь яростью и злостью.
— Кто звонил? — вкрадчиво интересуется он, поглаживая нежную кожу Мали своим большим слегка грубоватым пальцем.
— Друг… — неуверенно отвечает Мали, ежась от холодного и колючего взгляда Сергея. Сергей был мощным, крепким и сильным. На его фоне, Мали выглядела совсем малюсенькой, поэтому чувствовала она себя сейчас очень уязвимой.
— Друг. — медленно повторил Сергей и резко схватил девушку за шею. Глаза Мали, полные ужаса, уставились на Сергея, которого, казалось, эта ситуация немного забавляла — так сильно его глаза горели. — Какого дьявола? А? Я тебя спрашиваю: какого дьявола тебе кто-то названивает ночью? Дрянь!
Глаза неприятно обожгло, и слезы покатились по щекам девушки сами собой. Сергея это немного отрезвило, но не надолго. Ему вдруг показалось, что Мали просто хорошо играет, и это его очень сильно взбесило. Зарычав, он оттолкнул девушку в сторону, будто она скверна и от нее необходимо очиститься. Мали не ожидая такого поступка от парня, полетела вперед и, чтобы не упасть, зацепилась за кухонный, свалив с него недавно помытую тарелку. Тарелка с грохотом упала на пол и разбилась.
«Как символично!» — подумала Мали, боясь поднять глаза на Сергея, который плюнув на всё это, перешагнул через осколки и вышел из кухни.
Обессилено сев на пол, Мали стала собирать осколки, разбившейся тарелки. М-да. Раньше Сергей не позволял себе такого, во всяком случае, до сегодняшнего дня. Интересно, а что же будет потом? Конечно, он всегда отличался тем, что слишком сильно ревновал Мали ко всем, становясь неуравновешенным и неконтролируемым. Это Мали очень расстраивало. Да, она понимала, что от такого мужчины бежать нужно, но ничего не могла с собой поделать, каждый раз, прощая его.
Очередной осколок резко соскочил по руке, порез при этом большой палец Мали.
— Черт! — тихо выругалась она и преподнесла палец к губам, чтобы остановить кровь.
— Ты еще здесь? — грубо спросил Мали самый нежный, самый красивый и самый любимый голос за ее спиной.
— Я… сейчас… уйду. Уберу… и уйду..- покорно ответила девушка, перестав обращать внимание на покалывающую и ноющую боль в пальце. Руки предательски дрожали, когда она собирала осколки, и это не могло не скрыться от взгляда Сергея. Резко выдохнув, он, уже переодетый в домашнюю одежду, встал на колени сзади девушки и крепко обнял ее за плечи.
— Прости, солнышко… — виновато произнес Сергей, зарываясь в волосы Мали. — Я напугал тебя. Прости.
— Всё… Нормально… — дрожащим голосом прошептала в ответ Мали. Сергей стал поглаживать плечи девушки, из-за чего она замерла. Но Мали не предприняла попытку прижаться к парню или, же наоборот отстраниться. Она просто замерла. Как будто превратилась в статую.
— Не надо. Врать. — выделяя каждое слово, произнес Сергей, касаясь губами ее виска. Он сделал глубокий вдох, вдыхая запах своей любимой. От этого действия у Мали прошла дрожь по позвоночнику, но кроме какого-либо желания, в первую очередь, она чувствовала страх. Только сейчас она поняла, насколько была права гадалка. И Мали еще ой как сильно наплачется из-за Сергея…
Глава 8
Вика
— Это ты во всем виновата! — кричала Влада, с ненавистью смотря на Вику. Сейчас, когда они стояли в пустом коридоре больницы, ее голос был особенно выразительным. Ударяясь о стены, он эхом разносился дальше. Жестокие слова Влады вдалбливались в сознание Вики с каждым разом с еще большей силой. Она чувствовала себя ничтожеством. В какой-то момент она даже посчитала, что лучше бы тогда она умерла. — Ты! Я тебя никогда не прощу! Ты убила мою маму!
— Влада… — потерянно отвечала Вика, с ужасом смотря на надпись на двери «Реанимация». Руки ее тряслись от страха и от отчаянья. Она не хотела. Да она даже ничего и не делала! Просто… — Я… ни в чем… не виновата…
— Ненавижу! — не слушая Вику, кричала Влада. Когда же Вика попыталась объясниться, хоть как-то оправдаться перед лучшей подругой, Влада залепила смачную пощечину Вике…
Вика проснулась от своего кошмара, вся в поту. Резко открыв глаза, она продолжала лежать и тяжело дышать, опустив руки вдоль своего тела. Постепенно сознание стало давать признаки жизни, и Вика поняла, что это был всего лишь страшный сон, и ничего больше. Что никакой ссоры между ней и Владой не происходило, что с ее мамой — Еленой Иннокентьевной, все нормально. Но… Какой реалистичный сон! События в нем как будто бы были!.. Или будут…
— Вика, вставай! — приглушенно крикнула Алена Павловна из другой комнаты. Услышав родной голос матери, Вика стала успокаиваться.
— Да, мам. — в ответ выдавила из себя Вика, опуская свои ступни на холодный пол. Так как была уже поздняя осень, а вставать Вике приходилось рано утром, то за окном еще было очень темно, и в тоже время, быстро рассветало. Из-за распланировки домов получилось так, что в Викину комнату уличный свет от фонарей совсем не проникал. Но именно это и нравилось девушке, так как она считала, что либо светло, либо темно. Тусклый свет ее не устраивал. Накинув на себя махровый халат, она вышла из комнаты и направилась в ванную. В коридоре ее встретила Алена Павловна и внимательно осмотрела дочь.