«Частная поликлиника им. Острогова» — прочитала Вика.
— Здесь работает моя мама. Как-то в детстве я упала с качели, и мама отвезла меня в больницу, где мне просканировали мозг и вкололи огромную дозу ацетаминофена и кодеина. — поделилась своими воспоминаниями Виктория.
— Чего вкололи? — не понял Данила данных медицинский терминов.
— Аспирина. — хихикнула Вика.
— Аа…
Открыв дверь, Данила пропустил Вику. Ступив в светлый холл, Вика вспомнила, как в марте этого года покинула это здание, пролежав почти три года, подключенная к жизнеобеспечивающим аппаратам.
— Так, нам нужно на третий этаж. — произнес Данила, помогая Вике снять пальто. Надев бахилы и накинув белоснежные халаты, они направились к лифту. Нажав на нужный этаж, Данила был вынужден остановиться, так как к ним забежала молоденькая девушка — медсестра.
— О, Виктория! — воскликнула она, чуть ли не запрыгнув на девушку. Данила угрюмо скривился. — Давно не виделись? Как ты себя чувствуешь? Голова часто болит? Почему не ходишь на обследования?
Вопросы посыпались на Вику, как шишки с шатающейся ели. Бросив нервный взгляд на Данилу, который был явно не очень доволен, Вика, «улыбаясь» ответила, точнее процедила сквозь зубы, что с ней все хорошо, что обследования ей не нужны и голова у нее вовсе не часто болит. Данила с интересом слушал ее, и Вика поняла, что ей придется рассказать ему правду.
— Слушай, ну все же трехгодовой коматозный сон — это не насморк, с этим нельзя шутить. — Вика в данный момент просто мечтала о том, что сейчас Земля под ее ногами разойдется и поглотит ее в свою темноту. Кто вообще взял эту болтушку на работу? А как же конфиденциальность? Врачебная тайна? Почему она в открытую глагольствует о Викиной проблеме? Данила с удивлением и беспокойством посмотрел на подругу, вокруг которой распространялась темная аура. Неужели, она три года пролежала в коме? К счастью, болтушка — медсестра вышла на втором этаже, оставляя наедине Вику и Данилу.
— Почему ты не сказала? — упрямо спросил он.
— А какая вообще разница? — взвизгнула Вика и, как только створки лифта раскрылись, попыталась смыться. Но Данила помешал ей это сделать, ухватившись за локоть.
— Разницы никакой. — кивнул Данила, соглашаясь. — Но так ты хотя бы не врала мне. Послушай, это, наверное, ужасно — не существовать три года. Я понимаю…
— Нет, не понимаешь. — покачала головой Вика, вырывая свою руку из захвата парня. — Я существовала все эти три года. У меня никто их не отнимал. Я жила. Ясно?
— О чем ты?
— Ты все равно не поймешь. — немного грустно усмехнулась Вика. — Где твоя подруга? Пошли уже.
Обогнав девушку, Данила указал на палату. Постучавшись ради приличия, Данила, как ураган влетел в палату, держа цветы впереди себя, и затащил за собой и Вику.
— Дашка! — шепотом заорал он, увидев, что на руках у молодой мамочки лежит маленькая кроха, посасывая соску.
Увидев друга, Даша радостно заулыбалась и помахала рукой, чтобы поприветствовать его и Вику. Подойдя к койке, Данила с явным восторгом смотрел на спящего ребеночка. Даша беззвучно хихикала, впрочем, Вику такое поведение парня тоже развеселило. Только что он чуть ли не отчитывал ее таким серьезным тоном, а сейчас умиляется от этого вида маленького человека.
— Даша, познакомься. Это моя… Вика. Вика, это Даша. — шепотом представил друг другу девчонок. Что еще за пауза между «моя» и «Вика»? Почему она не заполнена хоть каким-нибудь удовлетворяющим словом? Подруга там, или знакомая?
— Приятно познакомиться. — одними губами сказала Вика, переминаясь с ноги на ногу.
— Мне тоже. — с улыбкой ответила Даша нормальным голосом. — Дань, сходи за Готом. А то, вроде, наш новоиспеченный папаша ушел за кофе, а такое чувство, что на войну.
— Окей. — кивнул Данила и ушел в поисках человека, который в данную секунду пытался заставить автомат вернуть ему либо деньги, либо его законный горячий шоколад.
— Да ты садись. — дружелюбно сказала Даша, взглянув на Вику. Вика, обойдя кровать, на которой лежала девушка и ребенок, поставила пакет с фруктами на столик, взяла стул и поставила его рядом с койкой.
— А это мальчик или девочка? — поинтересовалась она, разглядывая маленькие ручки. Даже не верится, что когда-то ты и сам был таким маленьким. И совсем скоро или через какой-то промежуток времени у тебя, возможно, тоже будет на руках такое маленькое чудо, ради которого ты будешь готов на всё.
— Мальчик. — ответила Даша и, склонив голову, стала внимательно рассматривать Вику.
— Дай угадаю. Вы назвали его Леша? — хитро спросила Вика. Даша удивленно на нее посмотрела и положительно кивнула.
— Знаешь, я уверена, что Леша сейчас очень счастлив за тебя. — продолжила Вика будничным тоном. — Его душа спокойна, можешь не беспокоиться о нем.
— Кто ты? — спросила Даша, ожидая от Вики в ответ, что-то типа «вампир», «медиум», «тот, кого нельзя называть» или «еще что-то».
— Я — Вика. — ответила девушка, твердо встретив взгляд Даши.
— Данила рассказывал мне, что ты очень интересная личность. Он рассказывал тебе мою историю?
— Нет. Он ничего мне не рассказывал. Впрочем, я и так знаю ее, ведь я практически ее и писала…
— Что прости?
— Эм… Ничего… — пробормотала Вика, отведя взгляд в сторону и натыкаясь на взгляд малыша. Хитро улыбнувшись ей, маленький Леша, не издав ни звука, закрыл глаза и вновь уснул. Даша, наблюдая эту картину начала серьезно задумываться над своим психическим состоянием, но подумать ей не дали парни, которые зашли в палату, шепотом переругиваясь.
— Дорогая, почему ты отправила за мной этого глупого мальчишку? — прошипел порядком возмужавший Гот, состроив возмутительную моську. Он уже не был похож на молодого парня, который мог позволить себе гоняться за девчонками в парке. Теперь он был молодым мужчиной, защитником своей семьи. Ее кормильцем. Данила на заявление молодого папаши, обреченно закатил глаза. Похоже, они никогда нормально общаться не будут.
— Потому что ты исчез, хотя обещал вернуться через 5 минут. — ответила Даша, на что Гот моментально стушевался. — Познакомься, это Вика.
Вика поднялась и, повернувшись, протянула Готу свою руку для пожатия.
— Где-то я тебя уже видел… — задумчиво протянул Гот, пожимая протянутую руку. И Вика вспомнила, что она и Леша как-то посетили Гота во сне, отчетливо обозначив тогда Дашу.
— Извините, но Вас я видела только по TV и газетам. — с улыбкой ответила Вика, подходя к Даниле, который стоял и строил ребенку глазки.
— Ладно, Даш. Мы пойдем. — произнес Данила за себя и за Вику, так как они поняли, что сейчас они здесь определенно лишние — разрушать семейную идиллию не хотелось ни одному из них. — Ты выздоравливай, ладно? И не хандри, а то… А не, тебя я не отшлепаю.
— Че сказал? — Гот метнул в Данилу грозный взгляд, который мог запросто испепелить его, расщепить на молекулы, на атомы, НА ПРОТОНЫ, НЕЙТРОНЫ И ЭЛЕКТРОНЫ. На нуклоны, короче.
— Пока! — пискнул Данила и выбежал вместе с Викой.
Даша широко улыбнулась, отдавая Лешку Роме. Ее позабавила эта парочка чокнутых. А иначе и сказать нельзя. Одна говорит вещи, о который в принципе не должна знать, а другой постоянно несет какую-то ржачную чушь. И, тем не менее, как посчитала Даша, они просто обязаны быть вместе. Ей никогда не нравилась бывшая пассия Дани. Она вила из него веревки и бросила его при первой же возможности.
— Все-таки, где-то я ее видел. — сказал Роман, когда уложил ребенка в кроватку и, вернувшись обратно к жене, поцеловал ее.
— Она немного странная. Представляешь, она сказала, как зовут нашего ребенка, и еще, что Алексей счастлив за нас.
— Ну, думаю, она права. Но откуда она знает про Лешу? Этот что ли разболтал? — Гот уселся на кровать Даши и взял ее холодную руку в свою. То, что сейчас происходило с Дашей, не нравилось ему совершенно. Он боялся ее потерять. Боялся, что останется один на один с собой. Боялся, что их маленький сынок будет расти без матери. Он боялся и своих мыслей, поэтому старался отвлекаться от них, забываясь в работе или с помощью своего лучшего друга — Макса, который, кстати говоря, тоже недавно женился и, теперь, постоянно консультировался у Гота по поводу семейной жизни.