У Лимы внутри все сжалось. Если Ахрават сейчас уйдет, то найти его будет очень трудно. А потом, когда он вернется в Ассем со своей новой армией, то станет практически недосягаем. Ко всему прочему, еще неизвестно, кто победит в нынешней войне. Если гарнизон не выстоит, то вторая часть вещи будет потеряна навсегда. Этого нельзя допустить!
Киборги заметили волнение девушки.
– Что случилось?
– Где его берлога?
– Ахравата?
– Да!
– Спортивный комплекс с аквапарком, в следующем квартале двухэтажный дом. Отдельно стоит, не спутаешь, перед ним еще клумба разбита.
Охотница опустилась рядом с девочкой, взяла ее ладошки в свои.
– Сая, послушай меня, – сказала она, глядя девочке в глаза. – У меня появилось сейчас одно очень важное дело. Оно настолько серьезное, что от того, сделаю я его или нет, зависят жизни многих и многих людей.
Лима видела, как Сая часто заморгала, у нее задрожали губы, но девочка ничего не сказала.
Охотница не умела говорить с детьми, тем более не знала, какие слова подобрать, когда собираешься бросить ребенка с едва знакомым киборгом посреди воюющего города на улице, усыпанной трупами пришельцев.
– Это очень важно для меня, для тебя, и для Жан – Жака тоже. Тебе же нравится Жан-Жак? Ты говорила – они смешные. Поэтому мне надо уйти, и я не могу взять тебя с собой.
Из глаз девочки текли слезы. Лима погладила ее по волосам, вытерла кончиками пальцев слезы на щечках.
Сая бросилась Охотнице на шею и крепко обняла.
– Ты только не умирай, пожалуйста, – еле слышно сказала она.
– Я не умру и скоро вернусь, обещаю, – ответила Лима.
Снова посмотрела девочке в глаза, улыбнулась и повторила:
– Обещаю.
Охотница поднялась и повернулась к киборгам. Пока она говорила с девочкой, напарники стояли рядом и не вмешивались.
– Пойдете к торговой площади, – сказала девушка. – Найдешь крайнюю лавку по южной стороне площади. Там живут Ас и Нати, это мои друзья.
Киборги кивали, внимательно слушая.
– Если они будут там, скажешь, что это я тебя послала, – продолжала Лима. – В качестве доказательства расскажешь, что когда мы с Сэмом и Асом в последний раз уходили из лавки старьевщика, то воспользовались лазом в задней комнате, который был спрятан под комодом.
Она вспоминала еще детали, которые могли убедить Аса и Нати, что киборг и девочка пришли от нее.
– У старика был дробовик, Себастьян вез нас по своим тоннелям на гравициклах, и так мы добрались до моста, – перечисляла она.
– Себастьян – это король стунеров? – спросил Жак.
– Не перебивай! рявкнула Охотница. – Да, Себастьян – король стунеров. Запоминай то, что я тебе говорю, потому что Сая теперь будет с тобой и тебе придется заботиться о ней. И если с девочкой хоть что-нибудь случится, ты пожалеешь, что вообще родился на свет. Понял меня?!
– Понял, – сказал Жан.
– Понял, – повторил Жак.
Они сказали это раздельно, желая подчеркнуть, что восприняли все серьезно.
– После того как передашь ее Асу и убедишься, что все в порядке и им ничто не угрожает, можешь быть свободен. Но до того момента считай, что ты работаешь на меня и твоя задача охранять Саю. Если там никого не будет, останешься в лавке, забаррикадируешься и будешь ждать меня.
– К Ахравату пойдешь?
Лима не ответила, но киборги и так это понимали.
– Разрядник возьмешь?
– Нет. Вам нужнее. Я и так справлюсь.
– У него сильные ребята.
– Справлюсь, – сухо повторила она, отдала Жаку остатки своего брикета и тот, который отложила в карман.
Потом подмигнула девочке и побежала, почти сразу скрывшись в развалинах.
Киборги и девочка проводили ее взглядами.
– Ты не переживай, она вернется, – поддержал девочку Жак.
– Я знаю. Она мне обещала, – негромко сказала она.
Потом Жан спросил:
– Ты правда считаешь нас смешными?
– Да, – ответила Сая без улыбки, все еще глядя вслед Лиме.
– А ты умеешь играть в «камень, ножницы, бумага»?
– Нет.
– Пошли, по дороге научу.
Бывший спортивный комплекс – огромное сооружение, почти полностью занимавшее целый квартал. Главной его достопримечательностью был гигантский аквапарк. Когда-то покрытое крышей, сейчас – оголенное. Водные аттракционы высились над комплексом сложным клубком металлопластиковых конструкций, поврежденных взрывами, огнестрельным оружием и обломками рухнувшей крыши, но даже в таком виде поражавших своей массивностью и полетом фантазии инженеров.
Лима пробиралась мимо развалин, рассматривая этот образчик архитектуры лишь как источник возможной опасности – места, где могли устроить засаду.
Охотница внимательно осматривала окна и трещины в стенах, частенько поглядывая наверх, на крыши. Она перемещалась подобно неслышному призраку, от тени к тени. Когда спорткомплекс остался позади, девушка услышала голоса из дома справа. Лима бросилась в тень и затаилась, прижавшись к стене.
Неизвестные прошли прямо рядом с ней. Девушка приподнялась на цыпочки и заглянула в окно. Двое киборгов топали в том же направлении, что и она. Один нес на плече большой пластиковый мешок, другой был увешан оружием – штук пять лазерных разрядников, связка магазинов и тубус ракетницы.
– На кой хрен Ахравату сдалось все это барахло? – недовольно ворчал киборг с мешком. – Оружие еще понятно, а это ему сейчас зачем?
Он тряхнул мешком. Внутри глухо звякнули железки.
– Значит, надо, – ответил второй. – Тебе плохо живется? Сейчас свалим отсюда, отсидимся, а потом вернемся. И жизнь будет шикарная!
– Будет, – проворчал первый киборг. – Ты так в этом уверен?
– Слушай, хватит ныть, достал уже!
Киборги скрылись из поля зрения Лимы, но она еще слышала их голоса.
Охотница решила пойти за ними следом и уже взобралась на подоконник, как услышала, что кто-то бежит.
Она быстро спрыгнула назад, и почти сразу мимо пробежал еще один киборг, маленького роста, с механическими руками и ногами, также увешанный разрядниками.
– Эй! – крикнул он. – Меня подождите! Охотница услышала, как дружки зарычали на коротышку.
Она забралась в дом и неслышно пошла следом за ними.
Минут через двадцать блуждания по развалинам киборги вылезли в окно, перешли дорогу и поплелись к берлоге своего предводителя. Лима осталась в здании и стояла возле окна, провожая взглядом посверкивающую имплантами троицу. Она сначала собиралась напасть на них в развалинах, но потом передумала – шум мог привлечь ненужное внимание и спугнуть Ахравата.
Его двухэтажный особняк красовался метрах в пятидесяти. Он на удивление хорошо сохранился. Создавалось впечатление, что все беды и несчастья, обрушившиеся на планету и этот город, обошли его стороной. Фасад как будто недавно обновлен; в окнах без решеток тонированные стекла; колонны у входа отделаны блестящим даже ночью мрамором; на небольшой площадке перед зданием разбита клумба, правда без цветов, но зелень травы, чередующаяся с пучками бледного мха, тоже симпатично выглядела.
Охотница не удержалась и фыркнула. Подобное пижонство свойственно киборгам, особенно тем, кто добился какой-никакой власти. Лучше бы посты охраны выставил.
Она подождала, пока киборги скроются внутри, высунулась, огляделась и выпрыгнула наружу. Пригнувшись, побежала вперед, перепрыгнула через клумбу, обнажила меч и, перемахнув ступени, пронеслась к входу.
Внешняя красота особняка оказалась показушной – краем глаза Лима заметила тонкое мерцание голографической завесы, поднимавшейся от фундамента.
Дверь влетела внутрь от удара ноги. Три киборга еще стояли в коридоре. Они обернулись с удивленными лицами, оборвав разговор на полуслове.
Удар меча разрубил первому из них грудь, и тот повалился на пол, рассыпав разрядники. Коротышку Лима полоснула по горлу и отправила ударом ноги в сторону. Третий киборг оказался расторопнее других и, швырнув в Охотницу мешком, бросился бежать, заорав во все горло: