— И для чего нужно прикрытие?
— Все для того же. Только завтра я остаюсь с Гришей на всю ночь, — тихо проговорила.
— Алена, прошу тебя об одном: будь осторожна.
— Все окей. Не волнуйся. И спасибо тебе!
Отключилась и снова взялась за телефон, по которому общалась с Повелителем.
“Будут пожелания, относительно моего наряда? Мне быть без трусиков? Может, в леопардовом или кожаном платье?”
“Леопард? Какая пошлость! А вот в коже я бы посмотрел. Но как-нибудь потом. Завтра я хочу, чтобы ты была полностью обнаженной”.
Что? Она, вообще, и о леопарде пошутила! Как это обнаженной? Начала писать ответ, но тут же пришло еще одно сообщение от Григория:
“С удовольствием понаблюдаю, как ты будешь раздеваться”.
Улыбнулась и качнула головой. С ним не соскучишься.
* * *
Квартира для свиданий снова встретила Алену темнотой. Сегодня она уже смелее переступила порог и по памяти потянулась рукой к выключателю, но тут же была поймана за запястье. И в нос ударил уже знакомый аромат одеколона Григория.
— Нет, сладкая моя девочка, сегодня у меня другие планы, — резко развернув ее к себе спиной, прошептал на ухо, задевая губами.
Этот шепот в миг вызвал волну возбуждения, которая растеклась по телу Алены от макушки до пяток.
— Ты же знаешь, что тебя ждет сегодня.
И она почувствовала, как на глаза легла атласная ткань, вероятно, та самая черная повязка. Завязал ее, подхватил Алену на руки и куда-то понес. Как только она снова коснулась ногами пола, мужчина соединил их губы. Неторопливо, нежно, едва ощутимо целовал по очереди сначала нижнюю, затем верхнюю. Обводил их языком, но не спешил проникать. Тягучая, распаляющая ласка…
Горячие ладони блуждали по телу Алены, скользили по ее спине, спускались на бедра, сжимали ягодицы. Григорий попытался забраться под платье, но не получилось. Специально надела сегодня облегающее, узкое, длиною за колени и без глубокого выреза. Но Григорий не терялся, быстро нашел змейку и потянул ее вниз, тут же обнажая плечи Алены, начиная покрывать их поцелуями.
— Ты же вроде хотел понаблюдать, как я буду раздеваться? — тяжело дыша, спросила, улыбаясь.
— Как-нибудь в другой раз, — прохрипел.
Полностью стащил платье, оставив Алену в одном белье. Чертовски соблазнительном белье. Специально решила сыграть на контрасте между строгим черным платьем и кружевным бельем под ним, которое прикрывало настолько мало, чтобы вызвать желание увидеть еще больше. Полупрозрачная чашечка бюстгальтера, украшенная стразами едва доходила выше соска. Стразы были и на тонких стрингах, еле прикрывавших промежность. Не видела лица Григория, но судя по тому, как изменились его касания, нужный эффект на него произведен. Он не просто уже поглаживал, а прижимал ее до невозможности сделать вдох к своему твердому телу, к возбужденному паху.
Алена сходила с ума в его руках, теряла контроль над мыслями и действиями. Рвано хватала воздух, пока Григорий вновь не прильнул к ее губам, напав буквально, сразу властно врываясь в ее рот языком. Дикая страсть, которой невозможно противостоять, которой хочется отдаться целиком и полностью. Пусть делает с ней все, что пожелает, ведь точно знала, что будет хорошо. Не просто хорошо, а обалденно, как в прошлый раз. Алена жаждала повторения.
Руки Григория исследовали каждый сантиметр ее тела. Он смело гладил ее везде, хотя пока только через белье. И Алена таяла, полностью отдаваясь воле мужчины, ничуть не смущаясь, даже когда он ласкал ее самые интимные места. От возбуждения аж дрожала. Без возможности видеть, тактильные ощущения были еще острее, она сама превратилась в оголенный нерв. Стонала и извивалась, крепко держась за плечи Григория, чтобы не упасть. И буквально умолять готова была, чтобы он как можно скорее вошел в нее. Но Григорий действовал неспеша. Медленно сделал шаг вперед, заставляя и Алену отступить назад. Почувствовала, как коснулась ногой кровати. И Григорий аккуратно уложил ее на матрас, и сам нависнув сверху.
Снова целовал, уже напористо, втягивая и прикусывая губы. А руками забрался под бюстгальтер, начав сминать грудь. Алена протяжно простонала ему в губы. Тогда Григорий избавил ее от верхней части белья. Взял за запястья и завел руки вверх над головой. Вдруг она почувствовала такую же атласную ткань и на запястьях. Попыталась противостоять, но Григорий очень ловко зафиксировал ее руки, словно какой-то петлей, которая быстро затянулась. Напряглась, стало не по себе.