Но я так просто отступать не собираюсь. Буду врать до победного.
— Не веришь, можешь у Богданыча спросить, — козыряю я, пожимая плечами. — Только тогда тебе точно не отвертеться от десятичасовых нотаций.
Пошел на риски только ради того, чтобы она меня не раскрыла. Нехорошо получится, если Сеня узнает о том, как я чертовски помешен на ней. Буквально одержим ею. Настолько, что мне и дня тяжело прожить, не узнав о ней хоть что-нибудь. Раньше, если были вдали друг от друга, созванивались каждый день и рассказывали обо всех своих новостях. Больше, конечно, моя вредина говорила, а я молчал, ведь обожаю слушать ее мелодичный, звонкий голос, яркие высказывания, заливистый смех и чрезмерную эмоциональность. Особенно я люблю то, как она активно жестикулирует во время каждого своего рассказа, заставляя меня внутри умиляться от того, насколько Сеня очаровательна и миловидна.
А из-за ее глупого игнора, сводившего меня с ума из-за незнания, что с ней происходит, вот и пришлось устроить эту слежку. Иначе бы я точно свихнулся, не получив ни одной весточки от нее за три месяца. Я мог бы, конечно, спросить у Кострова, но не хотел, чтоб он узнал о наших недомолвках.
В итоге, он все равно узнал. И теперь мы заперты в этой подсобке совершенно одни.
Ладно хоть этот придурок не знает причину нашей, так называемой, ссоры. Ибо он бы точно превратил мое лицо в кровавое месиво за то, что я обидел его любимую сестренку.
— Допустим я тебе верю, — тяжело вздыхает Сеня, слегка кивая. — Но с чего ты решил, что я слишком мала для отношений? Мне вообще-то…
— Это уже второй вопрос, — перебиваю ее, не имея желания отвечать на этот вопрос. — Теперь моя очередь спрашивать.
— Ну давай, — неуверенно произносит, кусая губы от волнения.
— Почему мы не можем продолжить общаться, как друзья? Я понимаю, что тебе больно только от моего присутствия рядом, но со времен это пройдет.
Услышал бы я себя со стороны, послал бы себя нафиг. Потому что сам не в состоянии разлюбить ту, которую люблю уже чертовых пять лет.
— Не пройдет, — цедит Сеня, злобно на меня посматривая. — Этот ужас не закончится никогда!
— Закончится, просто нужно немного время. Тебе стоит отвлечься на что-нибудь другое. На учебу, например.
Говорю про учебу и тут же жалею, вспоминая отношение Сени к ней.
Она ненавидит учиться, но вынуждена это делать, чтобы не разочаровать своих родителей, которые вечно ею недовольны. Во время контрольных недель она дни и ночи проводит за учебниками, но все равно оказывается второй лишь потому, что Серому учеба дается слишком легко. Он без преувеличения настоящий вундеркинд, способный сказать ответ на самую сложную задачку, лишь взглянув на нее.
И из-за этого Сеня никак не может взобраться на пьедестал. И не может получить одобрение родителей, медленно сходя с ума от боли и дефицита внимания, исходящих изнутри.
А ведь она так красиво танцует. Так чудесно и волшебно порхает по залу, словно бабочка. И выглядит при этом такой счастливой, лучезарно улыбаясь и громко смеясь. Намного счастливее, чем когда она сидит за учебниками, пытаясь зазубрить их всех наизусть.
И все эти горести из-за ненормальной семейки, которые не дают ей просто радоваться жизни, тратя ее юность и молодость не на то, что ей нравится, а на то, что улучшает репутацию.
— На учебу, Власов?! Ты сейчас серьезно, чтоб тебя? — моментально вспыхивает моя девочка, заставляя почувствовать себя жутко виноватым. — Да пошел ты в задницу, чертов эгоист! Желаю тебе влюбиться когда-нибудь также сильно и сгорать от такой же боли изнутри, которая буквально рвет сердце на маленькие кусочки! — злобно произносит она, а потом, поджав губы, отворачивается и опускает глаза, блестящие от слез.
А я так и хочу ответить ей, что уже давно влюбился так сильно, что не в силах обратить внимание на какую-нибудь другую девушку. Я также сгораю от боли, сжимающей мое сердце в стальных тисках. Еле как сдерживаю себя от того, чтобы рассказать ей о том, что полюбил ее с первого взгляда и не представляю своей жизни без нее.