– Вот, господин.
Она поклонилась, словно опасаясь встретиться с ним взглядом. Да они и на царя-то своего боялись поднять глаза, не то, что на бога. От воды поднимался легкий аромат меда и лаванды. Однако ж, день с самого утра не задался. Так значит, демоны на свободе?
Эмеш потер одной пяткой другую. Демоны? Демоны… Первый шок прошел, и теперь остались только смутные, взбудораженные вопросы. Что это для него значит? Что это значит для всех них? Он так давно привык к устоявшейся размеренной жизни, что сейчас даже не верилось в возможность перемен. Все уляжется, рано или поздно… ничего особенного не произошло. Демонов, конечно, загонят назад, если они вообще существуют, Ларушке устроят выговор, может быть Атт подержит ее какое-то время взаперти… Они боги и это их мир. Что, в самом деле, может случиться? Внутри неприятно скребли кошки.
Эмеш приоткрыл один глаз, Шамхат стояла не шелохнувшись, глядя в пол. Словно фарфоровая кукла. Интересно, если он пролежит здесь еще часа два, она будет все так же стоять? Проверить?
– Можешь идти.
Девушка поклонилась и, пятясь, выскользнула за дверь. Эмеш отщипнул виноградинку.
А если нет? Если на самом деле случилась беда? Почти двести лет он тут безмятежно дрых на своем морском дне, а вот теперь кто-то пришел и настойчиво тормошит его, пытаясь вытащить из-под одеяла. Просыпаться не хотелось, как и не хотелось что-то менять.
Демоны значит? Демоны… Шун. Если все, что он о них знает, правда, то шун – это запущенная программа самоуничтожения мира, рано или поздно они сметут все, даже боги, пожалуй, не в силах ничего сделать. По крайней мере Эмеш не мог себе представить, как они будут с этими демонами бороться. Проще уйти. Да, пожалуй, уйти – единственный для них выход. Домой? Нет, сейчас даже не верилось, что был у него другой дом и другая жизнь, как-то уж слишком давно. Давно и не правда, скорее сон, чем явь. Домой он не вернется.
Тогда что? Не получилось с этим миром, может быть получится с другим, первый блин, так сказать… Они же смогут начать заново? Наверняка смогут. Кошки скребли все сильней.
Не нравилось ему все это, не нравились перемены, к чему бы они там не привели. Старый, что ли, совсем стал? Слишком обленился и привык… Да не будет ничего, не будет… рассосется само собой.
Эмеш глубоко вдохнул и сполз, ныряя в ванну с головой, потом долго лежал, смотря сквозь воду в потолок. Однажды, он случайно обнаружил, что может дышать под водой, ничуть не удивился – все-таки он морской бог, ему, наверно, положено. Но ныряя, по привычке, всегда задерживал дыхание.
Вода чуть-чуть колыхалась над ним, блики разбегались по потолку, и это отчего-то хорошо помогало сосредоточиться. Значит демоны?
Если они и правда на свободе, то кто тогда это сделал? Кто выпустил? В то, что врата открыла Ларушка – не верилось никак, ну не могла она, зачем? Кричать, злиться, кидаться чем-нибудь тяжелым в гневе – могла. Но чтобы так…
А вот какого черта, кстати говоря, она делала на Унхареше той ночь? Уж кому-кому, а савалар можно верить смело – демоны совсем не умеют врать. А он? Вроде они пошли гулять вместе, вроде даже в горы… так может он сам по пьяни полез к вратам? Сам выпустил демонов? Эмеш моргнул, под водой моргать было как-то странно… Да, с него станется, мог и выпустить… пора завязывать с этим делом, а то так глядишь, и конец света можно устроить. Впрочем, уже устроили, чего уж. Вынырнул, фыркнул, вытер ладонью лицо. Какие еще варианты?
Гизиду в гневе вполне мог решить отомстить Лару за лесного стража. Да уж, в гневе он страшен. Хотя отходчив, и вряд ли запала хватило на столько, чтобы продумать и осуществить столь хитроумный план.
Италь? Яснолицый бог солнца… Мог, тоже пожалуй мог бы, но вот непонятно зачем. Да и многие могли бы, если уж честно, но никто бы не стал. Для чего? Глупо.
Думузи? Вот это особый случай. Мог, конечно мог, слишком тут много тут «за», но и так же много «против». У них с Лару почти война, и даже не разберешь – игра это или всерьез. Раньше Эмеш думал, что все с ними ясно, все ждал, что бурные ссоры обернутся таким же бурным романом, но время шло, и ничего не менялось. Кто их теперь разберет, слишком перемешалось все за триста лет.
Но люди сами не могли, и демоны не могли сами… Так или иначе, придется искать виноватого среди богов. Вариантов не так уж много.
Тизкар проснулся на рассвете, едва только круглый бок солнца коснулся края степей. Поежился от холода, роняя с плаща, в который к утру завернулся с головой, крохотные капельки утренней росы, потянулся. Сквозь туман доносились приглушенные голоса – это Мелам о чем-то спорил с царем, ровно, тихо, не повышая голоса, но даже не разбирая слов было хорошо заметно, как дед взволнован. Что там еще?