Теперь люди собирают войска, один народ, против другого. Это давний спор, еще от начала времен, даже не спор людей, спор богов. Скоро на поле встретятся бритоголовые жрецы Йокхараджа, и своевольные орлята Аркина.
Жрецы умны и могущественны, они умеют обращаться к своему богу, и Йокхарадж честно помогает им, иногда даже честнее, чем они просят. Они просят, и он проливает огненный дождь на головы врагов, они просят – и он убивает. Орлята Аркина убивают сами, никого не прося. Великие маги, земля дрожит от их поступи… Сила людей встанет против силы бога.
Дингир мерил шагами комнату, от стены до стены, не находя себе места. Фир молча наблюдал за ним, и синий газ Парящего-в-Небесах сверкал жгучим огнем, прожигая насквозь.
– Ты ведь не станешь им помогать? – спросил он.
Дингир замер на месте, болезненно сморщился.
– Нет, Орел, не стану. Моя сила, против силы Йока – слишком опасная игра, если такие силы схлестнуться – может рухнуть мир. Я не стану помогать. Йок избрал правильный для себя путь, он умен, он понимал, что я не смогу вмешаться.
– Тогда Йокхарадж победит. От наших с тобой людей не останется следа. Не похоже было, что это его беспокоит. Его беспокоит другое.
– Знаешь, Орел, – Дингир поджал губы, собираясь с духом, – больше всего я боюсь, что Йок проиграет. А потом твои орлята, на радостях, примутся делить мир… и я даже не хочу думать, что будет тогда.
Фир угрюмо кивнул, отвернулся.
– Я тоже этого боюсь. Я пытался научить их ответственности, честно пытался… но сила слишком кружит голову. Они не готовы, слишком рано… Дин… ты видел того мальчика?
– Яси? Да, видел однажды.
Фир покачал головой.
– Значит давно не видел. Или не понял. Сходи, посмотри еще… несчастный мальчик, если б я мог… И знаешь что, – Фир отчетливо скрипнул зубами, глядя Дингиру прямо в глаза, – знаешь, убей его, пока не поздно.
– Если сможешь, – тихо добавил он. Мальчик лежал на кошме, безвольно раскинув руки.
Да, совсем еще мальчик, худой угловатый подросток, бледный, даже скорее серый, осунувшийся в край, с ввалившимися глазами, сальные волосы липнут ко лбу, капелька слюны в уголке приоткрытого рта… И это он – главная страшная сила? Это его так боится Йокхарадж? Дингир подошел, постоял рядом.
Да, похоже мальчик спит давно… ему не дают просыпаться, тщательно поят дурманящими отварами. Его боятся, и не только Йок. Свои тоже боятся. Несчастный мальчик. Интересно, долго ли он так протянет? В забытьи. Дингир опустился рядом на колени, протянул руку.
– Не трогай его, – сказал кто-то.
Едва не подпрыгнул от неожиданности, обернулся, – в дальнем углу сидел маленький сухонький старичок, сразу и не заметил…
– Не буди его.
– Ничего страшного, – усмехнулся Думузи, – мне можно.
– Не стоит, – старичок покачал головой, – ты уверен, что сможешь его удержать?
– Я?
Это было даже смешно. Что тут сомневаться?
– Ты, Имази, – спокойно сказал старичок. – Ты уверен?
Хотел было сказать – «уверен», и вдруг передумал. Кто знает? Вдруг стало не по себе, аж мороз по коже.
Ведь не спроста этот мальчик считается основной силой в надвигающейся войне. Он один стоит тысяч магов, этих могучих орлят. Даже Йок боится его, боится взаправду. Этот мальчик умеет творить чудеса, да такие, что и у богов волосы встают дыбом.
– Что в нем такого? – спросил Дингир, скорее самого себя.
– Он верит, что он всемогущ, – вздохнул старик, – верит на столько, что действительно может все. Он слишком рано научился творить чудеса, и он твердо знает как это делать… Но он ребенок, для него это только игра… он не понимает и не пытается сдерживать свою силу, рвущуюся наружу. Ради забавы он способен перевернуть весь мир и сжечь дотла. Однажды так почти случилось…
Дингир осторожно поднялся на ноги.
Его человечки проиграют эту войну, и он не станет им помогать, просто уйдет в сторону и будет смотреть. Он даже готов встать на сторону Йокхараджа, если понадобится. Слишком страшно становится, когда люди вдруг получают такое. Может быть потом, не сейчас… Пожалуй, ты прав, Орел.
Две огненные стены сошлись у быстрой Сайтонги, схлестнулись, вскинулись пенной волной. Много дней и ночей хлестала буря, и молнии прорезали огненными сполохами небеса. Боги и люди. Люди против богов… что могут люди…
Выжженные поля на много-много миль вокруг. Земля еще долго будет помнить ту битву.
– Все мы дети Великого Орла Парящего-в-Небесах, так или иначе.