— Чувство у тебя должно быть только хорошее и только ко мне! — Санек сгреб ее в охапку и с удовольствием поцеловал, не удержался. Очень уж шли ей припухшие губки.
Алена некоторое время поупиралась, но быстро сдалась и они прибавили Федрычу еще полчаса ожидания. И еще полчаса, потому что Алена все-таки уговорила Санька искупаться.
Нет. В такой тюрьме и посидеть можно. Природа, интернет, да еще и вкусняшки по первому требованию доставляют.
Санек сделал мысленную отметку: вернется Илья — поблагодарить непременно.
Но пора на выход. Никита заждался.
Но сразу на выход не получилось.
— Пойдем прогуляемся, — предложил Контролер Дима.
— Это куда? — насторожился Санек. — И зачем?
— Пойдем, дружище, тут недалеко, — Контролер пихнул его в спину. — Тебе понравится.
И впрямь недалеко оказалось. Они зашли в длинную комнату, которая, скорее всего была хранилищем. Потому вдоль стен — ящики с разноцветными номерами. Дима приложил руку к Закрытые, без замочных скважин, зато со знакомыми пластинками-сенсорами.
Дима дотронулся до дверцы с номером 014, сунул внутрь руку почти по плечо, а затем извлек из ящика длинный сверток.
— Вот, — сказал Контролер Дима, протягивая его Саньку. — Подарок от службы нашей.
Саньку почему-то подумалось о шкуре, которую он привез из Муравейника и которая так и лежала у него дома нераспакованной.
— Что это?
— А ты разверни, — с довольной ухмылкой произнес Контролер.
Санек развернул.
Меч в ножнах. Типичный скандинавский. Длиной сантиметров восемьдесят примерно. Простые ножны, довольно потертые. Простая рукоять… Нет, не совсем простая. Обмотка из акульей кожи, а наборное оголовье, если приглядеться, не из железа и меди, а из серебра и… неужели золото?
— Ты вынь, — предложил Контролер Дима.
С виду клинок как клинок. Полированная поверхность будто дымком подернута. Лезвия чуть посветлее и такое ощущение, что многократно затачивались.
— Как тебе? — спросил Контролер.
— Хороший клинок, рабочий.
Санек взялся за рукоятку…
И удивился.
Потому что меч, который должен был весить килограмма полтора, в руке ощущался минимум вдвое легче.
— Артефакт? — уточнил Санек.
— Он самый. Тоже двоечка, как ты. Но с перспективой роста.
— Илья?
— Нет, — мотнул головой Дима. — Я же сказал: от службы нашей. Но господин эксперт в курсе. Это за то, что ты с Виталиком обошелся по-человечески.
— Жаль, парня, — сказал Санек, прокручивая кистью подарок. — За верность и доверие поплатился.
— За доверчивость, — уточнил Контролер. — И за то, что клятву забыл. Все справедливо. И тебя, химера, помочь, поддержать — это тоже справедливо. Владей. По праву первого.
— Это как?
— Так артефакт же. Личный. Ты его первым в руку взял, теперь он твой.
— А выглядит, как… — Санек задумался, подбирая слово: — Сильно бэушный.
— Выглядит как должно, — возразил Контролер. — На фига тебе новье? Чтобы всяк отобрать норовил?
— У меня отобрать непросто, — проговорил Санек, приглядываясь к подарку. Вроде написано что-то на сильной части клинка? Или кажется. — Но так то правильно, — добавил он, вспомнив «Глаз Локи». Скромнее надо быть.
Дима хохотнул, хлопнул Санька по плечу:
— Ага. Скромнее. Химера! — И снова заржал.
Санек аккуратно потрогал лезвие. Однако!
— Не сломать, ни затупить! — похвалил оружие Контролер. — Повредить можно только другим артефактом, причем высшего уровня. А такое в первой Зоне — вряд ли. Кстати, аналогичный, ну или почти аналогичный, у мертвяков пробовали. У баранчика броню не берет, а вот у крысюка — только так. Будешь им бриться, осторожнее. Очень острый.
— Я пока редко бреюсь, — сказал Санек, изучая узкий клинок невероятной легкости.
В легкости этой и определенный минус имеется. Удар послабее выйдет.
Он сделал шаг назад, взмахнул пару раз… И еще раз удивился. Инерция на размашистых рубящих была совсем как у обычного меча.
— Это для тебя он легкий, — пояснил Контролер. — Для другого даже и потяжелее обычного. И неудобно чужому с ним, баланс сразу никакой, рука устает и уводить меч будет. Твой клинок — он и есть твой. Чужому не дастся.
Офигеть. Санек наконец заценил, чему стал владельцем.
— Царский подарок! — искренне проговорил он. — Нет слов. Вернусь — с меня поляна. Да что там… Полянища! Не откажете… химере?