— Такие не покупаются. Это дар. Оттуда, — Санек показал на небо. — Хочешь знать, как я его получил?
— Конечно хочу!
— А вот не узнаешь! — засмеялся. Санек. — Потому что тайна! — Он ткнул кулаком
мощное брюхо хирдмана. — Я тоже рад тебя видеть, дружище!
И Санек не лукавил, он действительно был рад.
— Познакомься с моим другом, Лапа! Сигфаст сын Хринга! Славный воин! Конечно, не такой славный, как я, — Санек подмигнул Федрычу.
— Куда уж нам, — проворчал тот. — Здравия тебе, воин!
— Да уж не жалуюсь, — Медвежья Лапа похлопал себя по пузу. — Друг Сандара — мой друг! Будь гостем в нашем доме!
— Принимаю с честью, — Федрыч слегка поклонился. — Но чтобы достойно ответить, хорошо бы горло сполоснуть. Слова по-сухому плохо идут!
— Вот мудрые слова! — назидательно сообщил Лапа дренгам. — Сам Всеотец не сказал бы лучше. Эй ты, трэль, лошадок прими, расседлай и в табун. Сандер, Сигфаст, за мной. И вы двое, — он перехватил собравшихся бежать дренгов, — тоже со мной. Сам ярла порадовать хочу. Лично!
Нет, этот Глаз Локи — настоящая провокация. Именно на него в первую очередь уставился Кетильфаст, а уж потом, после инициирующего окрика Лапы, на личико под шлемом.
— Йотуново семя! — воскликнул новоиспеченный ярл Хрогни-фьёрда. — Сандар! Ах ты пропащий бродяга!
Они обнялись. Не ярл и гость, а соратники, сходившие за грань срединного мира и вернувшиеся назад с мешками золота и возами славы.
— А ты возмужал, брат, — в свою очередь констатировал Кетильфаст, — внимательно оглядев Санька. — И подрос тоже.
При этом взгляд его то и дело соскакивал на шлем и только невероятным усилием воли ярл возвращал его обратно.
— Не спрашивай, — негромко произнес Санек. — Я и так отвечу. Это дар богов. И только мне, друг. Ни украсть, ни отнять, ни подарить. Тот еще подарочек.
— Он прекрасен, — прошептал Кетильфаст. — Обеих жен отдал бы за такой.
— И хирд впридачу, — добавил Санек.
— Нет, — мотнул головой ярл. — Хирд — нет.
— Его имя — Глаз Локи, — сказал Санек, понимая, что если он прямо сейчас не внесет ясность, то разговора не выйдет. Всякий, кто на него смотрит, жаждет его заполучить. Любой ценой. Любой. Ты ведь понимаешь меня?
— Угу, — Кетильфаст враз помрачнел, потом спросил: — А ты сам? Как с ним?
Санек на пол-ладони извлек меч из ножен и тут же отправил обратно.
Кетильфаст посуровел. Он справился с искушением.
— Локи есть Локи, — сказал он. — А мы с тобой — это мы с тобой. Кто твой спутник?
— Друг. Сигфаст Хрингсон. Мы бились в одном строю. Как и с тобой.
— И еще постоим, — заявил Кетильфаст. — Драккары скучают по Лебединой Дороге, а наши задницы слишком давно не полировали гребные скамьи. Ты с нами, Сандар?
— Я даже знаю, куда мы пойдем, — сказал Санек.
— Да? Я еще сам не решил. Ну-ка?
— Я скажу, — пообещал Санек. — Но сначала хочу послушать, что там обо мне Сниллинг насочинял.
— Услышишь, — в свою очередь пообещал Кетильфаст. — Торд не посмел забрать себе всю славу. С тобой тоже поделился.
Сниллинг поделился. Щедро. Первое место в летописи великого похода Хрогнира-ярла за пределы Мидгарда разделили четверо: Хрогнир, Кетильфаст, Санек и, разумеется, сам летописец.
Народ слушал великую песнь явно не в первый раз и даже не в десятый, но — с восторгом. И старые друзья, с которыми Санек с самого начала делил палубу, и бывшие первобытные, которые теперь отличались от местных разве что невеликом ростом, и свежее пополнение, набранное Кетильфастом, чтобы заполнить румы новых кораблей. Лодью смольнян бывший главный кормчий Хрогнира продал, а вместо нее, щедро отсыпав золотишка, приобрел три больших драккара. А потом провел кастинг на место теперь уже в своем хирде. Что сказать? Тот Санек, который когда-то заявился наниматься в команду Хрогнира Хитреца, отбор бы не прошел. Большинство новых хирдманов Кетильфаста были отнюдь не новичками. Воины на пике формы. Однако отличить их от «старичков» было нетрудно. «Обвес» у тех, кто побывал на «золотых» берегах был на порядок богаче. Если бы не шлем Локи даже Санек смотрелся бы бедновато на фоне того же Келля, на шее которого висела цепка червонного металла килограмма на полтора. Вот уж живая демонстрация пословицы: своя ноша не в тягость.
— … Все достойные, — сообщил Кетильфаст Саньку, которого в знак особого усадил рядом. — Но в бою их пока не видел. Скоро увижу, надеюсь.
— Есть понимание, куда пойдешь? — решил прощупать почву Санек.
— Мы пойдем. Было, — Кетильфаст глянул на Санька очень внимательно. — Было. Пока ты не пришел. Но ты пришел. Да еще и в этом, — Кетильфаст указал на шлем Санька.