Команды гребцов сменились дважды, и сам Санек успел уже прилично постоять у руля, прежде чем впереди показался тот самый гард.
Келль сказал правду. Санек сразу признал местную столицу. Одно только множество судов показывало, что здесь не какой-нибудь заурядный поселок, а база настоящего лидера. Однако боевых кораблей было сравнительно немного. Санек насчитал шесть. Так-то солидный флот, но для конунга все-таки маловато.
— Можно я встану? — спросил Келль, кивнув на румпель.
— Давай.
Конечно, Саньку хотелось самому. Показать класс причаливания. Зря что ли он четыре курса мореплавания одолел? И поработать с новым восприятием пространства было интересно. С джипом у него выходило неплохо. Хотелось попробовать с кораблем…
Но Санек подавил порыв и уступил.
— Чаще, — тут же, едва взявшись за румпель, скомандовал Келль дренгу-барабанщику.
Гребцы налегли, «Восьминогий», шедший вторым, легко обошел флагман Кетильфаста, едва не зацепив веслами какую-то рыбацкую лодку.
Но разгонялся драккар недолго. Минут через десять Келль скомандовал: «Убрать весла!», мастерски провел теряющий скорость драккар между мелких островков и подводных камней, а затем втиснулся в узкую щель между двумя большими лодками. Несильный толчок, когда килевая накладка захрустела по песку и нос драккара, лишенный своего грозного украшения замер в полуметре от здоровенного валуна, чья макушка оказалась почти вровень с бортом.
— Ты великий кормчий! — не сдержал восхищения Санек.
— Я такой! — с гордостью произнес Келль. Но потом все же признался: — Знаю это место. И Кетильфаст тоже знает. Трижды здесь вставал. — Добавил с ноткой торжества: — Не сегодня!
— Высаживаемся, — скомандовал Санек.
Интересно, что скажет ярл, которого они обставили?
Кетильфаст не возмущался. Напротив похвалил Келля. И Санька. За то, что не стал сам причаливать, а доверил корабль более опытному кормчему.
Высадились.
Никто им не мешал. Но и не встречал тоже. Что хорошо и плохо одновременно. Судя по количеству кораблей и размерам гарда Сигурд — лидер не из слабых.
Катильфаст этот явный игнор… проигнорировал.
А вот свежеобразовавшегося ярла Альва сие возмутило. Тут же начал пыхтеть-возмущаться: дескать, что за неуважение к таким важным персонам? Встречать должны со всем почтением. И раз уж сам конунг навстречу не вышел, то должен был прислать сопровождающих, чтобы проводили…
— А еще лучше на руках несли? — развил тему Санек.
Рыжебородый глянул на него непонимающе, спросил:
— Зачем нести? Мы же не ранены.
Кетильфаст прикрыл ладонью усы, скрывая улыбку.
— Для уважения, — очень серьезно произнес Санек. — Чтобы пыль этой презренной земли не испачкала твои дорогие сапоги.
Альв глянул на собственную обувь, пробормотал:
— Найдется, кому почистить.
Вероятно все же уловил иронию.
— Пойдем, — сказал Кетильфаст. — Сигурд — не лучший конунг, но он — конунг. Не стоит заставлять его ждать.
— А может как раз стоит? — вмешался Торд Сниллинг. — Вон я вижу рынок здесь богатый. И как раз по дороге. Не глянуть ли нам, чем здесь торгуют?
Санек заметил, как ярл и скальд переглянулись. А потом Торд отошел и пошептал что-то на ухо коротышке Рыжебородому, и тот сразу повеселел. Наверняка что-то задумали.
Санек напомнил себе, что еще недавно этого гард принадлежал не Сигурду, а Харальду. Конунг конунгом, а город — городом. Сегодня здесь один вождь, завтра другой. А город — тот же. И люди те же. Так что стоит к ним присмотреться, послушать, что говорят, чем дышат.
Как это выглядит, когда сотня с хвостиком вооруженных до зубов громил появляется на городском рынке.
Правильно.
Опасно выглядит.
Тем более что шли хирдманы, скажем так, уверенно. Широким фронтом и никому не уступая дороги. Само собой, никто не пытался их остановить: слабоумных как среди посетителей рынка, так и среди рыночной стражи не оказалось.
Народ, что продавцы, что покупатели, опасливо примолк.
Некоторые поспешили к противоложному выходу. Но так, без паники.
— Эх! — вздохнул Медвежья Лапа, оглядывая ряды с оружием. — Все такое красивое!
— Столица, — заметил Кетильфаст. — Все бонды окрест конунгу платят.
В глазах его читалось:
«Жаль, что не мне».
— Сколько здесь народу живет? — спросил Санек, шедший между Кетильфастом и Тордом.
— Свободных — тысячи две, -ответил скальд. — А если всех считать, включая детей, то тысяч десять, думаю. Хватит, чтобы пять сотен воинов прокормить.