— Спрашивай.
Шутит. Наверное, это хороший признак, если игрок четвёртого уровня с тобой шутит.
— Спрашиваю.
— Через шесть часов я отбываю, — сообщил эксперт. — Нет, не напрягайся, не навсегда. Но кое-что нам стоит обсудить прямо сейчас. Чтобы в мое отсутствие в нашем ареале не стало одной химерой меньше.
— О моей вчерашней дуэли? — насторожился Санек.
Эксперт сделал небрежный отметающий жест.
— Ты неплохо себя показал. Но с таким противником тебе дуэлить еще рановато.
— Я уже и сам понял, — проворчал Санек. — Он мог меня без ног оставить одним чирком. Почему удрал, не понимаю. И как — тоже не понимаю.
— Можешь спросить его, когда сойдетесь в следующий раз, — предложил Илья.
— Да я не рвусь особо, — честно признался Санек.
— Разумно. Здесь тебе привязанный штурмовик точно не поможет. На Закрытые территории ему хода нет, на то они и Закрытые.
— Вы знаете⁈ — вскинулся Санек. — О моем корабле⁈
— Я многое знаю. О тебе, — Илья вздохнул. — Например о том, что ты взял да и подарил нашим, хм, соперникам целую Игровую Зону.
— В смысле? Я?
Черт! А ведь так и было. Точно. Практически идеальная память тут же выдала: « Не игровая зона 'Муравейник».
Вот ведь…
Не зря говорят, что ты видишь то, что ожидаешь, а запоминаешь то, что нравится.
Но как?
— Земля, где поднят русский флаг, становится Россией, — произнес эксперт, в очередной раз угадав незаданный вопрос.
Увидел, что Санек не понял, и растолковал:
— Этот флаг — не ты, не думай о себе лишнее. Ты — химера, а значит в неустойчивой системе становишься катализатором любой хрени.
— То есть если я появлюсь у нас в миру на своем штурмовике…
— Появись ты в любом нейтральном мире на своем штурмовике, никто вас и не заметит. Некому замечать. Даже единички видят только то, что могут осознать. А наш мир, он не просто нейтральный. Он тоже часть Игры. Поэтому в нем и без тебя полно игроков от второго и выше. И артефактов высокого уровня, а твоя аэрокосмическая игрушка тоже может быть приравнена к артефакту, потому что земным наукам до этого уровня далеко, так вот, артефактов в миру хватает. Как законных, так и контрабандных. Это возможно, поскольку наш мир хоть и нейтральный, но тоже часть сектора.
— То есть он — часть Игры, но при этом не Игровая Зона?
— А что тебя удивляет? — Илья поставил пустую чашку на блюдце. Совершенно беззвучно, хотя салфетки на блюдце не было, а слух у Санька отменный.
— Мы сейчас по-твоему где находимся?
— У меня дома, — ответил Санек.
— Тоже верно. Но дом твой, Александр, на Свободной Территории, которая, заметь, не является Игровой Зоной. И попасть сюда могут не только игроки. Более того, эти неигроки могут тут жить без вреда для себя. Но это именно Территория. Закрытое пространство. А наша Земля — нет. Технически ты можешь на своем штурмовике добраться до нее. Для этого достаточно получить третий уровень, узнать координаты и получить разрешение одного из аватаров регина Сектора. Последнее важнее всего, потому что, вмешательство такого уровня, как появление постороннего космического корабля в пространстве Солнечной Системы будет немедленно обнаружено и дальше я тебе не завидую. Самый минимум — это потеря штурмовика. А максимум зависит от того, что ты успеешь наворотить. Но вернемся к тому, что ты уже наворотил. Итак, ты вломился, вернее, твой штурмовик тебя вбросил в неигровую зону на границе чужого ареала. Хотя, — тут же поправился Илья, — это для тебя ареал Вечность — чужой, для твоей игрушки он — папа и мама. И в силу этого сам является частью ареала. Вернее, являлся, пока не стал формально твоим. Так или иначе, но ты оказался в чужой планете, причем в фазе крайней ее, то есть планеты, вероятностной нестабильности, возникшей в силу того, что коренные обитатели едва ее не разрушили. И у них все еще сохранялась возможность довести дело до конца. Как результат — будущее этой зоны выглядело как электрон на орбите. То есть уже не как веер вероятностей, а этакое размазанное в пространстве облако, даже не облако — перенасыщенный пар.
И ты вломился в этот пар на штурмовике третьего уровня! — Илья покачал головой и умолк.
Серв взгромоздил на стол свежеприготовленную лазанью.
Санек не был фанатом всяких яично-макаронных пирогов, предпочитая простонародную глазунью с ветчиной, луком и помидорами, но эта слоеная конструкция и впрямь оказалась годная. От одного запаха рот слюной наполнился.
— Илья, не желаете?
— Ешь, Александр. Ты за последние сутки полтора кило потерял. Восполняй.
Полтора кило? А, ладно. Илье виднее. Он же эксперт.