А вот конунгу Сигурду никто не аплодировал. Он лежал на пыльной земле и страдал.
Одд проявил неожиданное для ульфхеднара милосердие. Или может быть и впрямь не хотел проливать кровь родича. \
Не хотел и не пролил. Попросту сломал ногу.
— Ух ты, какой горшок блискучий! Да-ка потрогать!
Волкоголовый. Лысый, что у здешних — редкость. Зато бородища как у молодого Деда Мороза. И не дожидаясь разрешения, уже тянет татуированную лапу к чужому имуществу.
Санек сработал рефлекторно. Перехват, выворот кисти с подсечкой и фиксация: ступней на горло.
Лысый возмущенно заорал. Вернее, захрипел. Ухватил свободной рукой Санька за щиколотку. Хорошо: за ножом не потянулся, иначе Саньку пришлось бы действовать жестко.
Вокруг тут же образовалось кольцо интересующихся. Из своих, чужих и не определившихся, к которым Санек отнес хирдманов Сигурда.
— Отпусти его! — потребовал кто-то.
Ага, три раза.
— Говорят вы, одиновы волки, умеете железо тупить, — заявил Санек громко. — В сапоге у меня тоже железо есть. Тупи. Разрешаю.
Это правда. Пусть обувь у Санька и выглядела снаружи полным аналогом продукции дорогого местного сапожника, но имелся в ней и супинатор и боковые вставки из высокопрочного сплава.
— … Разрешаю. А ногу отпусти. Иначе умрешь.
Отпустил. Сообразил, что с раздавленной трахеей жить будет трудно и недолго.
— Теперь слушай, — продолжал Санек, игнорируя ворчание собратьев лысого: — Слушай и запоминай. Брать чужое оружие или чужую броню можно. Но только в одном случае. Знаете в каком? — Санек повернулся к ульфхаднарам.
— В каком?
Если судить по голосу, это спросил тот же волкоголовый, который требовал отпустить лысого.
— Вижу, тебя твой кровный отец тоже плохо учил, — высокомерно изрек Санек. — Чужое оружие можно брать, если это трофей. Хотя… — Тут он сделал паузу, словно размышляя… Никто его не перебивал. Даже лысый перестал сипеть и ерзать. — … Это у обычных воинов так. Вам Всеотец, может, и это не разрешает.
— Не, можно брать, — сказал жилистый, голый до пояса ульфхеднар. — Дашь жертву, сколько жрецы скажут и пользуйся!
— Тогда ладно, тогда все хорошо у вас, — покивал Санек. — А то несправедливо как-то: сражаешься, врагов убиваешь, богов радуешь. А себе радости только что сама битва. А потом никакой радости. Потому что без добычи какая радость?
Тут с ним согласились все: свои, чужие и сигурдовы.
Кроме лысого. Тот засучил ногами, захрипел.
Придуривался. Не так уж сильно его Санек придавил.
— Что ж мне с тобой делать? — задумчиво произнес Санек, глядя на лысого.
Тот притих. Перестал пятками ерзать.
— Даже сам Одд не стал его трогать, — сказал Санек, коснувшись шлема. — А ты, выходит, возомнил себя выше Одда. А может и выше богов, а? Даже не знаю, как с тобой теперь поступить. Если бы ты только меня оскорбил, взял бы с тебя виру малую, потому что вижу: человек ты небогатый. А как теперь быть? Есть у вас тут глашатай закона? Или жрец хотя бы…
Народ завис. Они мало что поняли. Но главное уловили: конфликт вышел за рамки ссоры своего кореша и чужого парня.
— Не нужно жрецов! — Одд раздвинул своих и подошел к Саньку. — Боги нас видят.
Глава 15
Глава пятнадцатая
Игровая зона «Мидгард». Уровень один
Когда правильный взгляд уводит в неправильное место
— Не нужно жрецов! Боги нас видят, — сказал Одд, нависая над Саньком. — Отпусти его, Сандар. Он раскаивается. Ты ведь раскаиваешься, Косматый?
Санек убрал ногу и отпустил вывернутое запястье.
Лысый, который Косматый тут же вскочил и на всякий случай отошел от Санька на пару шагов.
— Ну не знал я про тебя, старший, — пробормотал волкоголовый, растирая руку. — Само как-то вышло.
— Само из тебя дерьмо полезет, если я брюхо тебе открою, — проворчал Одд. — И видит Всеотец: мне очень хочется это сделать. Сам подумай: ты, Косматый, тупая твоя башка, захотел отнять дар богов. И у кого? У того, кого я назвал гостем! За стол пригласил! — И, резко повернувшись: — Может ты что посоветуешь, Сандар?
Проверка. По хитрым глазам видно.
— Живот ему резать я бы не советовал! — твердо сказал Санек. — Как он есть будет с дырой в брюхе?
Вокруг заржали. Даже Одд усмехнулся. Любят здесь людоедский юмор.
— Но наказать надо, — проговорил Санек, раздумывая. — Все же лучше мы, чем оттуда. Верно ты сказал, Одд: боги нас видят, — Санек показал на небо, в котором, как водится, уже кружило с полдюжины пожирателей падали.
Если там, наверху, действительно сидят продвинутые игроки, то вряд ли они будут использовать такие примитивные методы наблюдения. Но местные верят. Этого довольно.