— Налог? — удивился я новой информации, на что Илюха кивнул, и криво усмехнувшись сказал:
— Да, несколько дней назад приняли закон в первом чтении, согласно которому все носители системы обязаны пройти регистрацию в новом органе — «Департаменте контроля аномальной активности и ресурсов» (ДКАР), и главное: каждый носитель, возвращаясь из данжа, теперь обязан сдавать 50 % всей полученной эссенции, конвертируя её в филки. За каждую филку платят деньги, и по гражданским меркам — деньги неплохие, но толку-то? — горько усмехнулся Илья.
— На что нам сейчас эти деньги? Вырваться отсюда нельзя, купить что-то путное — тоже… Да и что покупать? Надо развиваться в системе, а умалишённых, которые продавали бы системные вещи за рубли, что-то не наблюдается… В общем, доят нас Серёг, как коров, и пытаются убедить, что всё у нас нормально.
Сказать, что меня поразил масштаб систематизации и контроля со стороны государства — это, считай, промолчать. Не знаю, кто там принимает решения, но действует этот человек крайне быстро и жёстко, выстраивая вертикаль власти над самым ценным ресурсом нового мира — силой.
— А кто стоит за этим ДКАР? Военные? Или, может быть какие-то учёные? — полюбопытствовал я, на что Илья только развёл руками, и еле тихо сказал:
— Хрен его знает, Серёг. Всё жутко секретно. Просто к нам один раз приехали люди на чёрных внедорожниках без опознавательных знаков, что-то перетёрли с Кабаном, а с нами вообще разговаривали как с расходным материалом… Мы сразу поняли, что лезть к ним, к этим ребятам, себе дороже…
После этого он посмотрел на меня с тщательно скрываемой надеждой во взгляде, и спросил:
— А у тебя какие планы? Ты вообще надолго вернулся? И зачем?
Я не видел смысла врать своему другу, но и в подробности посвящать не хотел, а потом ответил очень общо:
— Да… Появилось тут одно срочное дельце, личного плана… Как выполню — сразу же рвану обратно, в Сиалу, потому что там… там возможностей НАМНОГО больше.
Глаза Ильи загорелись, после чего он сразу же выдал:
— Возьми меня с собой!
Я невольно поразился тому отчаянию, которое мой друг умудрился выразить в этом крике души, высказанном мне отчаянным шёпотом.
Илюха был отличным парнем, и я прекрасно знал его. Он был надёжным, сообразительным, и на него всегда можно было положиться. В царстве Сиалы при должной прокачке он однозначно станет ценным союзником, поэтому я медленно кивнул, после чего сказал:
— Хорошо, Илюх. Как закончу свои дела — я вернусь за тобой.
Но Илья уже загорелся идеей, и его было не остановить:
— Зачем ждать? Давай я прямо сейчас оденусь, да через окно сквозану с тобой! Помогу порешать быстренько твои дела, а потом — вместе рванём в Сиалу!
Потом он немного помолчал, и продолжил:
— Я больше не могу тут, Серёг. С каждым днём тут становится всё хуже и хуже! Сегодня — налог, завтра — какая-нибудь лотерея, где тебя могут отправить на верную смерть просто по разнарядке… Я не хочу кончить как Саша или Витька!
Мне было очень тяжело спорить с его совершенно правильными аргументами, но… Если посмотреть правде в глаза — конкретно здесь и сейчас он будет мне только мешать и тормозить. Эволюция лиса, которую мне предстояло провести, могла быть опасной, а главное — я планировал передвигаться при помощи теневых крыльев, и как быть с ним? Согласиться с Илюхой — это добровольно подписать и себя и его на чистой воды авантюру, которая в текущей ситуации совершенно лишняя.
Я медленно покачал головой, видя, как в его глазах медленно гаснет надежда, сменяясь обидой и гневом.
— Но почему⁈ — прокричал он шёпотом, и для меня этот шёпот был громче любого крика. — Мы же друзья! Ты же сам сказал — там возможностей больше! Не бросай меня здесь!
Слова тут были бессильны, и я решил прибегнуть к наглядному способу аргументации… Я вздохнул, и тихо сказал:
— Илюх, я бы и рад тебя забрать прямо сейчас, но один я справлюсь с этим делом в десятки раз быстрее. Смотри.
Отступив на шаг, в более свободное пространство между кабинками, я сосредоточился и активировал «Мантию живой тени». В тот же момент из пространства за моей спиной, с шелестом рвущейся ткани реальности, развернулись «Теневые крылья».
В тусклом свете лампочки казарменного туалета они казались ещё более нереальными… Своего рода сгустками первобытной тьмы. Они заполнили собой полтуалета, и даже так их рваные, дымчатые края, практически касались стен.
Илья испуганно отпрянул, прижавшись спиной к раковине, и с огромными вытаращенными глазами смотрел на это воплощение силы, о которой здесь, в этих стенах, даже не мечтали.