— Товарищи, у меня особых открытий нет, потому я доложу вам об оперативной обстановке на текущий момент.
Волна беспорядков, спровоцированных появлением Системы и действиями первых, неподконтрольных носителей, по всей территории страны полностью подавлена, а ключевые очаги сопротивления в крупных городах полностью ликвидированы. Во время ликвидации нами применялись как традиционные средства, так и мобильные группы, укомплектованные носителями первого и второго кругов, действующие в координации с частями специального назначения.
Он сделал короткую паузу, давая время на усвоение информации, после чего продолжил:
— Что касается освоения нового потенциала, то хочу сказать, что программа «Рубеж» выполняется и перевыполняется. На базе закрытых учебных центров были созданы условия для безопасной и контролируемой прокачки личного состава, в результате чего результаты не заставили себя долго ждать.
На текущий момент в вооружённых силах нашей страны проходят службу более тридцати четырёх тысяч военнослужащих и сотрудников силовых структур, которые обладают первым кольцом становления, а ещё три тысячи семьсот двенадцать человек могут подтвердить наличие второго кольца.
Нами сформированы первые экспериментальные подразделения, где средний уровень находится на отметке второго кольца, и сейчас они проходят боевое слаживание в условиях, приближённых к аномальным зонам.
Каждый из присутствующих в зале с жадностью ловил слова этого человека, который не хвастался, а просто констатировал факт, что фундамент новой армии, был успешно заложен, и теперь только от людей перед ним зависело — насколько мощное здание они собираются возводить на этом самом фундаменте.
Роман Григорьевич, старший из пятёрки генералов медленно кивнул, после чего его взгляд скользнул по усталым лицам коллег, а затем устремился в окно, за которым лежала ночная Москва, которая уже никогда не будет прежней.
— Хорошо, — произнёс он наконец. — Вы и ваши ведомства проводят просто невероятную работу, продолжайте в том же духе, и помните… — он обвёл присутствующих тяжёлым взглядом, — мы с вами сейчас играем не просто за какое-то технологическое превосходство… На кону стоит выживание цивилизации в изменившемся мире, а потому ни у кого из нас нет никакого права на ошибку. Совещание окончено, всем спасибо.
После этих слов люди начали расходиться, тихо переговариваясь между собой, и глядя на их одухотворённые, целеустремлённые лица, совершенно не верилось, что совсем недавно все они и понятия не имели ни о какой системе становления…
Эти люди пытались вернуть себе контроль, сосредоточившись на своём маленьком мирке, и даже не думали о том, что делают те, кто качается вне их программ и контроля. А где-то далеко от этого кабинета, в совершенно другом измерении, человек с пятью скрытыми кольцами и крыльями из живой тени готовился к прыжку в родной мир, даже не подозревая, что его возвращение будет тем фактором, который разобьёт все их старания в пыль…
После того, как тяжёлая дверь зала заседаний закрылась за последним докладчиком, генералы тоже поднялись из-за своего стола, и проследовав к другому выходу, начали подниматься по узкой, ничем не примечательной лестнице на этаж выше, где находился небольшой кабинет, о существовании которого знало не больше десяти человек.
Это было небольшое помещение без окон, стены которого были обшиты звукопоглощающими панелями цвета старого дуба. В его центре находился круглый стол из тёмного дерева, на котором стояли графины с водой и несколько планшетов с выключенными экранами.
Зайдя внутрь, генералы без лишних слов заняли свои места, после чего Роман Григорьевич, чьи пальцы медленно барабанили по столешнице, наконец нарушил установившуюся тишину:
— М-да… Что ни говори, а всё-таки хорошие новости получать действительно приятно… Ну да ладно. Всё, что мы только что слышали, касается обычных носителей системы, и хоть они действительно важны, меня всё-таки интересует ситуация с абсолютами.
Его собеседники переглянулись, но не стали прерывать своего начальника, который задумчиво продолжал:
— Как нам известно из очень скупых источников — у китайских коллег уже есть огненный абсолют в Шанхае и скоростной — где-то в провинции Сычуань, при чём оба находятся на службе государства. Наши «коллеги» очень быстро поняли, что эти люди являются стратегическим активом, и не поскупились со средствами, вложенными в их развитие.
Один из генералов, отвечающий за то самое ведомство, которое сейчас взяло на себя заботу о единственном абсолюте кивнул, и сказал: