шонку. Закусим.
Поужинали. Покурили.
Микитенко вдруг изменился в лице, снял привязан-
ную к голове телефонную трубку и передал капитану.
— Слушаю... Есть. Понял...
Переговорив с начальством, Гераськиы торопливо
оделся, на ходу бросил Грише:
— Лезь со своим телефоном в щель, а то зацепит...
, Ничего не спрашивая, Микитенко опустился в ма-
ленькую щель, вырытую у самой стенки палатки. Плотно
прижал трубку к уху, вслушиваясь в разговор. О против- .
нике говорили открыто. Все стало ясно: группировка, ок-
руженная в Березиеговатом и Снигиревке, предприняла
отчаянную попытку пробиться к Ингулу.
Звуки боя приближались. За рекой рвались снаря-
ды—это противник...
В палатку заглянул парторг эскадрона, командир
взвода Браев.
— Где Гераськин?
— На передовой, товарищ лейтенант. Вы туда? Мож-
но с вами?
— А нога?
— Зажила. Честное комсомольское...
— Сиди пока.
Минуту спустя, Александр Браев привел ездового
Януса Ямадаева, лет пятидесяти, единственного в полку
калмыка; приказал ему сидеть у телефона.
— Микитенко —за мной! Гранаты взял?
— Взял! И свои и хендехоховские*...
Выйдя из овражка, Александр и Григорий пригну-
лись. Огненные точки трассирующих пуль противника ле-
тели и гасли за Ингулом. На востоке гигантским полу-
месяцем опоясывало землю дымное зарево боя. В раз-
ных местах горели «фердинанды» и «пантеры» — их бы-
ло не меньше десяти, беспрерывно взвивались кривые
огненные стебли осветительных ракет.
На изрытом снарядами горизонте появились «живые»
вражеские танки. Они шли углом вперед, за ними —
бесконечные колонны автоматиков в ч стальных
шлемах.
* От немецкого «X еи д е х о х!» — «Руки вверх!»
236
Казаку сидели в окопчиках для стрельбы с коЛенй.
Между ними притаились готовые к контратаке «трид-
цатьчетверки», окопались батареи полковых пушек и са-
моходные орудия — приземистые, как рассвирепевшие
носороги. Чуть подальше от переднего края копошились
связисты, вызывая то «Звезду», то «Легенду», то «Гусени-
цу». Командиры разных родов войск стояли за стенками
земляных укрытий, наблюдали за полем боя или гово-
рили по радио. Сновали пешие и конные связные. Иног-
да по пути встречались санитары с носилками.
Возле корня вывороченного из земли дерева стоял
Плиев и смотрел в бинокль. Он хорошо видел поле боя,
освещаемое «факелами» горящих танков и огненным
ливнем разноцветных ракет. Говорил резким гортанным
голосом. Окружавшие его офицеры связи как бы на ле-
ту схватывали слова и мчались на резвых конях по час-
тям с устными приказами.
, Рядом с Исса Александровичем — вездесущий на-
чальник разведки Группы, полковник Пох. Он выслуши-
вал донесения разведчиков и коротко, в нескольких фра-
зах, передавал самую суть командующему.
— Можно начинать,—сказал Исса Александрович,
махнув перчаткой командиру десятой кавдивизии пол-
ковнику Поприкайло, сидящему на корточках у малень-
кой радиостанции. Тот кивнул: «Понял!».
...Сопровождаемый Гришей, Браев прибрался к цепи
и разыскал Гераськина.
— Прибыл, товарищ капитан!
— Зачем вызывали в политотдел?
— Кошелев дал листовки. Вот они,
— О чем?
— Чтобы сдавались, подлюги, в плен. Листовки долж-
ны разбросать наши разведчики.
— Ясно. Отнеси офицеру разведки полка. Вон он си-
дит в окопчике.,
Командир полка И. И. Болдырев приказал эскадро-
ну Гераськина двигаться повзводно за танками. Задача:
во время танкового боя не дать возможность пехоте про-
тивника просочиться к берегу реки.
Взвод Браева поднялся и пошел вперед, следом за
двумя «Т-34». Они двигались медленно, чтобы не отста-
ли казаки. •
Едва ли Григорий Микитенко мог когда-нибудь тол-
237
Ково рассказать об этом бос, хотя он слыл в полку за
«стратега». Когда началась дуэль наших «Т-34», уси-
ленных огнем самоходок, с немецкими танками, стоял
такой гул и треск, что трудно было разобраться в об-
становке и понять что к чему. Порой фашистский танк
поворачивался в сторону, бросив многолюдный хвост
своей пехоты. Тогда руки сами поднимали автомат, глаз
нащупывал цель. Рядом заливались длинными очередя-
ми ручные пулеметы. Противотанковые пушки со своих
позиций стреляли прямой наводкой по стальному зверю
немцев — «королевским тиграм» и «пантерам». Болванки
проносились с урчанием и так низко, что ветром сносило
казачьи шапки и донские фуражки. Скорострельные зе-
нитки, приспособленные для наземного боя, посылали
трассирующие снаряды в гущу колонн немецкой пехоты.
Они сеяли ужас не только в рядах отчаянно идущих впе-
ред фашистских громил, но и заставляли самих казаков
плотно прижимать голову к земле.
И еще одно «дополнение»: минометы всех калибров
по сигналу с МП командующего давали такие залпы,
что за «тиграми» и «пантерами» образовался сплошной
огненный вал. В сражении участвовали и дивизионы
«РС» — «катюши»; они вели огонь по глубине боевых по-
рядков противника, чтобы не зацепить своих.
Порой мина рвалась прямо на башне танка. В таких
случаях он застывал, как парализованный.
Браев что-то кричал в ухо Григория, но тот ниче-
го не слышал. Наконец, понял в чем дело. Уже все пе-
редовые части поднялись в атаку. Значит, надо двигать-
ся быстрей. Наши танки удалялись. Взвод Браева дого-
нял их. .
На какие-то секунды прекратилась стрельба. Григо-
рий осмотрелся и понял, что находится на самом правом
фланге наступающей цепи. Через кустарник, что вид-
нелся невдалеке, ползли какие-то солдаты. «Но почему
назад, а не вперед?» — подумал Микитенко. Промельк-
нуло в мозгу: Враги. Нашли лазейку...
— Товарищ лейтенант! Немцы! — Григорий указал
автоматом на кустарник.
— Казаки! Гранаты к бою! За мной!—скомандовал
лейтенант Браев и побежал к кустам. Обгоняя его, ка-
заки на ходу бросали гранаты, останавливались, прикла-
дывались к потным ложам автоматов. Вдруг перед ними
238
выросла фигура немецкого солдата. Он воткнул штык в
землю и поднял крючковатые руки.
— Прекратить огонь!— крикнул лейтенант.
Из ложбины выходили дюжие гренадеры, бросали
оружие...,
Александр назначил трех казаков в конвой и прика-
зал вести пленных более двадцати человек на НП.
Бой угасал. Раскаты его еще раздавались где-то око-
ло Снигиревки. Там орудовали танкисты, а также эскад-
роны тридцатой кавдивизии — в конном строю.
На пути к горевшей деревне встречалась то одна, то
другая колонна пленных. Иногда их конвоировали всад-
ники.
К подразделению Браева присоединились остальные
взводы эскадрона. Гераськин с перевязанной рукой шел
рядом. Спешить уже было некуда. Шагали мимо бро-
шенных батарей гаубиц, пушек и стальных поленниц —
шестиствольных минометов, мимо.танков, возле которых
стояли безоружные люди в комбинезонах под присмот-
ром казаков. Видно, не знали, куда вести пленных, где
пункт сбора.
Солдаты оглянулись и расступились. Григорий уви-
дел — рысью скакали к деревне командующий, два дру-
гих генерала, полковник Кошелев и несколько всадников
из эскадрона охраны.
Прошло не менее часа, пока добрались до села.
На околице Браев и Микитенко столкнулись с дву-
колкой. На ней сидели два солдата.
— Скажи, браток, где тут наши? — спросил один из
них Григория.
— Ваши? Которые, милок?
— Ну, наши — КП дивизии.
— Вы стрелкачи или казаки?