Сокурсник, чеканя шаг, пошел прочь. А я, свалившись на пол кулем и сипло кашляя в попытке надышаться таким вкусным, таким прохладным воздухом, смотрела ему вслед и с отчаянной ненавистью думала о том, что попала в какую-то неправильную сказку.
В той, прошлой жизни, в которой я жила с мамой и великовозрастным братцем-обалдуем, я увлекалась чтением фэнтезийных книг. Наверное, как почти каждая уважающая себя двадцатитрехлетняя девушка, еще не утратившая наивной веры в то, что однажды в ее жизни появится принц на белом коне и увезет ее в свое королевство. И да, в тех книгах попаданки, а таких, как я, угодивших в чужой магический мир, называли попаданками, наделялись сердобольными авторами всем: немереной магической силой, красотой и привлекательностью в глазах противоположного пола, успешностью, везучестью, счастьем и любовью. Они обязательно достигали просто немыслимых высот: становились королевами и герцогинями, играючи покоряли всех, с кем встречались на жизненном пути. И их в обязательном порядке боготворили их избранники. Моя же сказка оказалась фальшивкой.
Нет, поначалу все шло строго по сценарию. Когда я открыла глаза в храме на алтаре, седобородые старцы в белых хламидах удивились весьма, но приняли благосклонно. Оказалось, что в этом мире, Явии, попаданцы — очень большая редкость и обычно знаменуют какие-то серьезные перемены в мироустройстве. Так что меня со всем почтением сдернули с алтаря, переодели, а я угодила сюда в том виде, в котором оказалась под машиной (ага, банальная смерть): в порванной и залитой собственной кровью курточке и любимых джинсах, проверили на наличие магии, поцокали понимающе языком и отвели в самую крупную академию магии. Так я оказать здесь, в королевской академии магии имени Дерека Справедливого. На этом сказка закончилась.
В академии обучались сплошь аристократы, у которых до поступления в учебное заведение были личные учителя и гувернеры. Иногда мне казалось, что они знают и умеют все. Просто ленятся. Хоть в этом мне повезло. Если бы местные умники не уделяли много времени развлечениям, мне было бы совсем плохо. Ибо я не знала и не умела ничего. А когда по старой, земной памяти, на второй день занятий сунулась к куратору своего курса за помощью, то… Мне популярно объяснили, что это академия, а не семинария, что, приходя сюда, адепты уже достигают определенного уровня знаний и умений, и в академии им только помогают эти самые знания и умения отшлифовать. А если я ничего не знаю, то это мои проблемы. Могу учить самостоятельно по учебникам, в библиотеку доступ открыт круглосуточно. Или могу отчислиться. И, наверное, это было бы предпочтительней, чем терпеть то, что мне сейчас приходилось испытывать на себе. Вот только за стенами академии меня поджидал чужой, неприветливый и незнакомый мир, в котором у меня не было ни дома, ни одежды, ни денег на еду. И работы, чтобы все это заработать тоже не было. Так что выбора не оставалось: приходилось терпеть и зубрить все, что попадалось под руку, в попытке укротить свинью, которую мне подложила судьба. Лишь изредка, далеко не каждый день, позволяя себе сбежать на случайно обнаруженный чердак, чтобы, спрятавшись ото всех, выплакать свои обиды. Хорошо, что я уже успела получить некоторую закалку в борьбе за место под солнцем с офисными змеями. Понятия не имею, что со мной было бы, если бы я оказалась здесь прямо со школьной скамьи. Наверное, уже бы давно сломалась…
Слезы потекли из глаз сразу же, едва шаги герцогского сынка затихли на лестнице. Сил их сдерживать не было. Я так и сидела на том месте, на котором свалилась, когда меня отпустила жестокая рука. Плакала беззвучно, ибо малейшая попытка выдавить из себя хотя бы звук вызывал першение и боль в пострадавшем горле, но отчаянно. Впервые за три недели в этом мире я рыдала навзрыд, оплакивая свою незавидную судьбу. О походе в библиотеку сегодня уже нечего было и думать. И запомнить ничего не смогу, и насмешек нахватаюсь, как блох от бродячей собаки. А если так продолжится и дальше, то всего через несколько месяцев меня попросту отчислят за неуспеваемость. И что я тогда буду делать?
Он вернулся внезапно и совершенно бесшумно. Я не услышала ничего. Просто в какой-то момент подняла голову и увидела, что Аргайл стоит, привалившись к дверной коробке и хмуро за мной наблюдает.