Пролистнув томик «Легенд и сказаний» до конца, я увидела еще несколько красивых легенд о том, как драконы находили свои сокровища. Но все это было подано в форме сказок. А мне нужно было другое. И где-то после полуночи я открыла энциклопедию…
Крим Авейль был прав: вопреки сухому канцелярскому названию, энциклопедия была написана живо и простым, доступным языком. Хотя сведений, настоящих, стоящих, могущих объяснить мне, почему к драконам так относятся, были крупицы. Например, я узнала, что драконы Явии не такие лощеные аристократы, к каким я привыкла в книгах земного фэнтези. Это, скорее, были воины: сильные, яростные, не знавшие поражения. И чем сильнее был дракон, тем большую опасность представлял для окружающих. А самым опасными считались те, кто владел полуоборотом: когда уже не человек, с чешуей на теле и длинными, бритвенно-острыми когтями вместо ногтей. Но еще и не дракон. Автор энциклопедии утверждал, что в полуобороте драконы практически не разумны и крайне кровожадны. Хуже, чем самые злобные хищники. И что они способны за доли секунды разорвать в кровавые клочья любого, кто им чем-то не угодил.
Мне не верилось, что это правда. Наверное, разум подсознательно сопротивлялся тому, что здесь мои любимцы могут оказаться таким маньяками. Я презрительно фыркала, читая эти строки. Но когда добралась до информации о Черном Габриэле…
Составитель энциклопедии утверждал, что Черный Габриэль, правитель королевства Этейрос, старейших из ныне живущих драконов, что ему уже более тысячи лет. И что Габриэль является прямым потомком одного из пришедших на Явию драконов. Якобы, его отец очень долго не мог найти себе супругу из-за силы своей магии и ужасающего давления на окружающих ауры, безжалостности и даже жестокости. И что сам Черный Габриэль полностью пошел в отца. Я содрогалась от описания некоторых его поступков. И теперь хорошо понимала, почему Крим посчитал, будто меня потянуло на ужастики. А также, почему Черного Габриэля так боятся даже молодые самоуверенные маги.
Любопытным мне показалось то, что хоть драконов и можно было встретить практически везде, их родным королевством, основанным первыми драконами, считалось королевство Этейрос, которым правил Габриэль. Именно там они селились изначально. Остальные королевства Явии считались человеческими. Привили ими люди. Хотя среди их советников тоже попадались драконы. Одни перебирались в человеческие земли из-за супруг, другие — что-то не поделив с папашей Черного Габриэля.
От энциклопедии я оторвалась, уже когда глаза начало просто зверски жечь от усталости. Откладывая книгу в сторону, я сделала себе мысленную пометку спросить у Аргайла, есть ли в Пайторе, королевстве, в котором я оказалась, драконы. Мне было любопытно хотя бы издали посмотреть на них, сравнить, так сказать, с книжными образами. Авейля я почему-то не хотела спрашивать об этом. Аргайл мне казался в этом плане больше достоин доверия.
Еще одна зарубка на память касалась того, чтобы тщательно проштудировать тонкую брошюрку, случайно принесенную мной из библиотеки. Она выпала из томика «Сказаний и легенд», когда я открыла книжку у себя в комнате, и содержала задачи и упражнения для развития и усиления партнерства противоборствующих магий. Самым первым упражнением значится «подсвечник» для магов огня и льда. Мне это показалось символичным. И я решила более внимательно изучить содержащуюся в брошюрке информацию.
Я чуть не проспала завтрак со своими ночными бдениями над книгами. Приползла в столовую сонная и одной из последних. И очень удивилась, когда, взяв поднос с едой, повернулась лицом к залу и увидела, как мне машет от одного из столов Авейль. А рядом с ним сидят еще три парня и хищно наблюдают за мной.
Первым порывом было проигнорировать. Но потом я все же нехотя направилась к Криму, вспомнив, о чем вчера договаривались.
— Всю ночь читала? — хмыкнул вместо приветствия одногруппник, изучив мое лицо, когда я подошла к нему и плюхнула на стол поднос.
— Зато я теперь понимаю, почему все так боятся Черного Габриэля, — парировала я, присаживаясь на оставленное для меня место, и зевнула. — Жуткий тип!
— Это точно, — согласился со мной один из трех незнакомых парней с темными, практически черными волосами до плеч и острым взглядом глаз цвета горького шоколада. — Для всех будет благом, когда он уже, наконец, женится. Хоть успокоится и не будет посматривать в сторону территорий соседей! Но мне заранее жаль ту бедняжку, которую принесут в жертву, отдав в жены этому чудищу!