― Поскольку мы уже говорим о сексе... что это за девушка? ― спросила я, пытаясь отвлечь внимание от себя. По крайней мере, на данный момент. Как бы то ни было, мне тоже было очень любопытно узнать о жизни Кевина. То, что он делал, и встречался ли он с кем-то, кто был ему небезразличен, имело значение для меня. Мы были друзьями, и я хотела узнать о его жизни.
― Способ перейти к другой теме разговора, ― он засмеялся, но быстро стал серьезным. ― Ну, если тебе так хочется знать... ― СРАНЬ ГОСПОДНЯ, Кевин только что сделал лунные глаза при мысли об этой девушке? Что случилось с моим Кевином? Он никогда раньше таким не был. ― Сумасшедшая история, но мы впервые встретились на вечеринке по случаю дня рождения моего друга несколько недель назад. В итоге мы проговорили всю ночь. Мы просто разговаривали. Типа, привет и все такое. Знаю, что ты скажешь, это на меня не похоже, но, так или иначе, мне действительно это понравилось. Как бы то ни было, мы поддерживали связь, и вот уже пару недель тусуемся вместе. Она мне действительно нравится, Мелани, ― признался мне Кевин, и мое сердце растаяло от любви к нему. Это действительно звучало так, как будто у этих двоих была какая-то связь.
― Я так счастлива за тебя! Какая она из себя? Как она выглядит? Любительница кошек или собак? ― я начала засыпать его вопросами, но, похоже, он не возражал, когда начал отвечать на все с улыбкой на губах.
― Ее зовут Тереза. Она такая красивая. Но.. она немного мускулистая и, вероятно, могла бы сделать со мной жим лежа, ― выпалил он. ― Но в тоже время, она очень милая. Самый милый человек, которого я когда-либо встречал, ― когда я дразняще подняла брови, он пошел на попятную. ― Кроме тебя, конечно. Ты самая милая.
Я слушала, как он рассказывал о ней, становясь все счастливее и счастливее за Кевина. Он говорил так, словно нашел кого-то, кто относился к нему с заботой. Немногие знали, что ему это было нужно, потому что все, что они видели, - это его веселую и беззаботную сторону, а не уязвимость.
― Почему ты не рассказал мне раньше? ― я не злилась на него. Мне просто было любопытно. Каждый имел право хранить все в секрете.
― Потому что я пока действительно не знаю, на какой стадии мы находимся. Я не знаю, встречаемся мы или нет, еще слишком рано говорить.
Черт, я вспомнила, о чем я забыла спросить у ребят. Я имею в виду, я предполагала, что мы будем встречаться, пока действует наша договоренность. Я не думаю, что смогу быть с ними, зная, что они будут трахать и других женщин.
***
Остаток вечера пролетел незаметно. Несмотря на то, что мне понравился вечер с Кевином, я переживала из-за этой ситуации "отношений" с парнями. Почему мы до сих пор не поговорили об этом? Боже, я надеюсь, что они не предполагают, что у всех нас может быть кто-то на стороне. Я имею в виду, мы говорили о том, чтобы найти доминанта для меня и рабыню для них, они же не могли честно подумать, что мы будем спать с кем-то еще, чтобы "найти их" ?
Дерьмо. Это было бы совсем нехорошо.
Было поздно, когда я вернулась домой, и, учитывая, насколько я устала, я думала, что сразу засну. Но нет, эти проклятые мысли вообще не покидали меня. Ни разу. Ни на одну секунду.
Я думаю, что ближе к пяти утра, когда я была слишком измучена, чтобы продолжать свои мысли, я, наконец, заснула. И я проспала чертовски долго, проснувшись около трех часов дня. Ну, блин, у меня было всего несколько часов до встречи с ребятами. Мне еще нужно более тщательно просмотреть список и сделать заметки.
Приготовив себе завтрак, хотя обед или даже ранний ужин больше подходил для этого времени суток, я села на кровать и поела, просматривая сообщение, отправленное Аланом.
Под едой я подразумевала сэндвич с арахисовым маслом и джемом, который был моим любимым блюдом. Давайте просто скажем, что это была идеальная еда для разорившейся студентки колледжа, живущей в Нью-Йорке.
Я многое записала, пока изучала список, у меня возникли вопросы по поводу некоторых из перечисленных пунктов, несколько решительных "нет" и некоторые вещи, о которых я хотела бы поговорить с ними подробнее, прежде чем принимать решение.
Румянец составлял мне компанию во время чтения, главным образом потому, что я продолжала представлять себя с ними, делающим несколько вещей, которые были написаны в электронном письме. Да, этот гребаный румянец. Однако сегодня вечером я бы нанесла достаточно тонального крема и консилера, чтобы скрыть это. Мне не нужно было, чтобы все мои эмоции были выставлены напоказ.
У меня в руке зажужжал телефон, и я нажала на текст, появившийся на верхнем экране: