С каждым разом немного сильнее, проверяя ее пределы.
Мелани стонала после каждого удара и с каждой секундой становилась громче. Наконец-то она была в своей стихии.
Наблюдать за тем, как покачивалась ее попка, когда моя ладонь соприкасалась с ней, было завораживающе. И ощущение ее сочной плоти... Черт, это было действительно что-то другое. В перерывах между шлепками я разминал ее попку, массируя больное место.
После десяти ударов я остановился и полюбовался своей работой. Ее попка светилась темно-розовым оттенком, и отпечаток моей руки смотрелся на ней великолепно.
― У тебя все так хорошо получается, милая, ― прошептал я ей на ухо.
Я обернулся на звук чьих-то шагов и ухмыльнулся, увидев голод в глазах Киллиана. Он подошел к ней спереди, зажав ее между нами. Я знал, как сильно Гидеон хотел присоединиться к нам, но даже в своем разъяренном состоянии он понимал, что это не очень хорошая идея. Я думаю, ему просто придется пока смотреть...
Рука Киллиана опустилась ей между ног:
― Ты такая влажная для нас. Алан был причиной этого? Ты промокла до нитки от его порки?
Мелани издала звук согласия.
― Слова, ― приказал Киллиан.
― Да, с-сэр. От порки я стала очень мокрой. Мне это понравилось, ― простонала она.
Посмотрев на меня через плечо, Киллиан спросил:
― Что нам с ней делать?
В голову пришла идея, и я лукаво улыбнулся.
― Как ты думаешь, со сколькими оргазмами она смогла бы справиться? Девять?
Киллиан рассмеялся:
― Я думаю, наша девочка выдержит больше. Не так ли, красавица? Ты сможешь справиться с одиннадцатью?
Хм, смогла бы она пережить одиннадцать оргазмов? Это было трудно сказать. Конечно, при достаточном количестве перерывов это было бы возможно. Если нет, все равно было бы интересно попробовать.
― Как ты думаешь, Белла? Ты справишься с одиннадцатью? ― прошептал я ей на ухо.
― Я не знаю, но... я хотела бы попробовать, сэр ― голос Мелани был запыхавшимся и дрожащим, показывая, насколько она была возбуждена.
Кивнув Киллиану, я обнял ее, пока он отстегивал наручники от цепи.
Она немного прислонилась ко мне, пока не восстановила равновесие. Схватив цепочку посередине наручников, я веду ее к кровати. Ухмыльнувшись, я усадил ее на задницу. Ее сиськи подпрыгнули, когда она ударилась попкой о кровать, привлекая к ним мой взгляд. Они были круглыми и идеальной формы, ее розовые соски идеально контрастировали с ее белой кожей.
Пока Киллиан привязывал ее руки к изголовью кровати, я взял пару забавных игрушек, фаллоимитатор и вибратор. Положив их на прикроватную тумбочку, я позволил Мелани посмотреть, что я выбрал для нее.
Ее глаза расширились при виде игрушек, а дыхание стало еще более затрудненным.
Я забрался на кровать и лег рядом с ней, убирая волосы с ее лица.
― Боже, ты совершенна, ― сказал я.
Такая идеальная. Для нас.
― Как чувствует себя твоя задница? Нужно ли нам заняться этим сейчас или позже? ― спросил я, желая убедиться, что с ней все в порядке, прежде чем мы продолжим.
― Нет, все в порядке, сэр, ― сказала она.
Мы все еще были одеты, на что Мелани нахмурилась. Но она могла хмуриться сколько угодно - у нее не было никакого права голоса в том, что мы делали или не делали, если, конечно, она не использовала свое стоп-слово. Дерьмо, правда была в том, что если бы я разделся, то трахнул бы ее прямо здесь, прямо сейчас. Я бы не смог себя контролировать.
Киллиан устроился на кровати с другой стороны от нее, мы наклонились и взяли в рот ее соски..
Моя рука путешествовала вниз по ее телу, поглаживая нежную кожу. Ее ноги автоматически раздвинулись, давая мне пространство для маневра. Я нашел ее скользкой и желанной, ее влага сочилась из ее дырочки.
Я целовал ее живот... ее бедра... ее аккуратно выбритый холмик... пока, наконец, мои губы не встретились с ее бутоном. Я облизал ее от щелочки до клитора и делал это снова, и снова, и снова, дразня ее своим языком.
Ухмыляясь ей, я сказал:
― Не забывай считать, ― прежде чем увеличить скорость и давление. Мелани была на вкус как нектар - такая сладкая и вызывающая сильное привыкание.
Мелани громко застонала, выгибая спину, навстречу Киллиану. Было жарко наблюдать, как Киллиан ублажает ее там, наверху, в то время как я ублажал ее здесь, внизу.