Дело в том, что мне было трудно принимать такие вещи, что предлагали Киллиан и Алан, ну, Алан он больше требовал, чем предлагал. В любом случае, я не могу избавиться от ощущения, что получаю то, чего не заслужила. Более того, я чувствовала себя виноватой из-за этого. Я так и сказала Киллиану.
― Я могу это понять. Ты независима, и мне это в тебе нравится. Но разве ты не видишь, что мы просто хотим заботиться о тебе? Мелани, это нормально, когда парень ухаживает за девушкой. Ты наша, и позволь нам позаботиться о тебе так, как мы умеем.
У меня сжималось в груди, пока он говорил. Какая-то эмоция, которую я не хотела определять, сжала частичку моего сердца.
Пока, ― подумала я.
Я принадлежу им, пока что...
***
Киллиан отвез нас в итальянскую пиццерию недалеко от своего дома. Ресторан не был каким-то навороченным, первоклассным, и я чувствовала себя здесь более расслабленной.
Независимо от того, как сильно мне понравилось в Завери, здесь я была больше в своей стихии. Мне нравится, как доносились оживленные голоса людей за несколько столиков от нашего. Я никогда не вписывалась в круг богатых и могущественных, независимо от того, насколько забавно было ненадолго окунуться в их мир.
― Мистер Райт! ― мужчина в униформе ресторана подошел к нам с широкой улыбкой на лице. Он был старше, может быть, ему было под пятьдесят. ― Рад снова вас видеть.
Киллиан улыбнулся в ответ.
― Карлос, сколько раз я говорил тебе называть меня Киллиан?
Глаза мужчины расширились, когда они встретились с моими. Он выглядел удивленным, увидев меня.
― Кто эта прекрасная леди?
― Карлос, это Мелани. Мелани, это Карлос, он владелец ресторана, ― представил нас Киллиан.
― Приятно познакомиться с вами, мисс. Я дам вам двоим минутку, чтобы ознакомиться с меню, ― сказал Карлос.
― Мне тоже приятно с вами познакомиться, ― я одарила его дружеской улыбкой, на которую он ответил своей.
Открыв меню, я посмотрела на Киллиана.
― Почему он казался таким удивленным, увидев меня? Ты совсем недавно был здесь с другой женщиной?
Киллиан застал меня врасплох, когда покраснел. Было довольно мило видеть, как такой доминирующий мужчина, как Киллиан, краснеет.
― Конечно, нет. Я никогда раньше не приводил сюда женщин. Я не хотел делиться этим местом с кем-то, кто для меня не важен, а теп.. ― он оборвал себя, слегка покачав головой. ― Обычно я прихожу сюда один, но иногда ребята присоединяются ко мне, ― признался он. Мое сердце затрепетало, что он привел меня сюда, и я хотела узнать, почему этот ресторан такой особенный для него.
― Киллиан, это твое заведение?
Он выглядел смущенным этим вопросом.
― Мне не принадлежит это место, если ты это имеешь в виду.
― Это место особенное для тебя. Почему? Здесь ты чувствуешь себя расслабленным и умиротворенным? Это место для тебя типа убежище, где ты скрываешься от всего шума?
― И на чем ты основала свою теорию? ― он выглядел удивленным, но не так, как будто смеялся надо мной.
Я пожала плечами.
― У каждого есть свой тихий угол. И я думаю, это заведение когда-то стало твоим углом.
― Я нашел это место, когда поступил в колледж, и мне нужен был перерыв в написании эссе, с которым я еле справлялся. Этот ресторан помог мне расслабиться, и в тот день я отправился домой, и с легкостью дописал его. Я продолжал возвращаться сюда, делал домашнее задание прямо здесь, за этим столиком, хотя это было запрещено. Карлос отказывал потенциальным клиентам в столике, но никогда не выгонял меня, ― Киллиан улыбнулся приятным воспоминаниям
Я с улыбкой представила, как Киллиан помладше сидел за этим столиком, уткнувшись носом в книгу, и его глаза сосредоточенно сузились.
― А как насчет тебя, где твое тихое место? ― спросил он.
― В Квинсе есть прекрасный парк, в который я однажды ходила со своей бабушкой. Она была... у нее был рак молочной железы четвертой стадии, ― мои глаза заслезились от одного только разговора о ней. ― Она хотела пойти покормить уток в последний раз, ― я грустно улыбнулась. ― Раньше она занималась этим с дедушкой, а когда он умер, я стала ходить вместо него с ней, кормить их...
Киллиан потянулся и нежно схватил меня за руку, взяв мою в свою. Он молчал, пока я говорила.
― Однажды она была настолько непреклонна, что ей нужно было пойти и покормить их. Действительно, было странно, какой решительной она вдруг стала. Она не могла двигаться самостоятельно. Ей удавалось говорить только шепотом, но в этот день... она вдруг стала такая сильная. Было бы легче добраться до парка Мэдисон-сквер, так как он был ближе к больнице. Но она хотела поехать именно в тот, что находится в Квинсе, который был самым далеким. Она не хотела, чтобы мама или папа присоединялись к нам, как она сказала, это было наше дело, а не их.