И двое на это смотрели.
Так быть не должно, любой человек, кому скажешь - сразу покрутит у виска.
Назовет нас извращенцами.
И еще всякое.
Может быть, да, это правда, и мы извращенцы, только мне больше неважно, как оно называется, я верю в необъяснимое, в чувство такое, перед которым бессилен разум.
Встрепенулась, когда заметила, что Севастиан уходит и даже привстала.
- Он за ужином пошел, не пугайся ты так, любимая, - усмехнулся Тим. Сел на подлокотник моего кресла и развернулся вполоборота.
Какой ужин...
Средний Северский выглядит спокойным, расслабленным, словно его ничего не смущает. И это не он толкал меня грудью на стол, а после вбивался, нетерпеливо и жестко. Он смотрит на меня и слегка улыбается, а я, наверное, похожа на ведьму, что вылезла из леса, на метле пролетела над океаном и приземлилась сюда.
Святые котики.
Сегодня ведь мой день рождения. Мне нужно в душ и к зеркалу, переодеться, сделать что-то...
Мысленно приказала себе собраться и поднялась. На пути тут же вырос Арес, обхватил ладонями мое лицо и поднял к себе.
- Куда? - спросил кратко.
- Мне надо.
- Нет, не надо, - на его губах ухмылка. Он словно в голову мне залез и знает, о чем я думаю. Он умнее и старше, взрослый мужчина, а я будто смешная глупая девочка, как на ладони перед ним. - Что ты хочешь? Ты у меня самая красивая.
- Это неправда.
- Истинная.
Отступила обратно к креслу и села на прежнее место, к Тиму. Поправила измятое, влажное платье и шумно выдохнула.
Я ведь знала, что здесь будет. В ночь для секса с тремя мужчинами не выряжаются, будто на бал.
Сижу.
Каблуком туфли нервно постукиваю по палубе.
- Все в порядке? - шепнул Тим, наклонившись ко мне.
- Да.
- Ла-адно, - лениво протянул он и взял полупустую бутылку. - Выпьешь?
Молча забрала шампанское и сделала несколько огромных глотков.
Как это неловко.
Ужин на палубе.
Почему мы сразу не легли в кровать?
Вздрогнула, когда заметила Севастиана в компании официанта с подносом, нагруженным тарелками. И на миг захотелось исчезнуть, чтобы никто на меня не смотрел, никто не видел этот позор, разврат.
Но тут на голое плечо легла теплая мужская ладонь.
Подняла голову на Тима, в его лицо взглянула - и все поняла.
Я зря волнуюсь.
Вообще, зря.
Ерунда это, мелочь, пустяк, в океане капля.
Мне нечего бояться, стесняться себя и нас потому, что один косой взгляд в мою сторону - и эти мужчины любому открутят голову.
Официант и не посмотрел. С заученной улыбкой расставил на столе блюда, пожелал приятного аппетита и исчез.
Северские начали рассаживаться за столом, и я тоже придвинулась в кресле. Машинально поправила пальцами растрепанные волосы.
- Еще раз с днем рождения, красотка, - Севастиан взял мою пустую тарелку, чтобы положить мясо. Мельком взглянул на братьев, помолчал. И хмыкнул: - ну и рожи. Ладно, есть предложение. Пока ужинаем - давайте расслабимся. И сыграем в игру.
Глава 69
Глава 69
- Игра называется "Две правды, одна ложь", - сказал Севастиан, орудуя ножом. - И раз уж я предложил - мне и начинать, - он подвинул свой бокал Аресу, когда тот взял бутылку вина. И подмигнул: - И так, первое: вино, которое нам принесли невкусное. Второе: время сейчас - пять минут первого. Третье: после ужина мы продолжим трахаться.
Он замолчал, и за столом повисла густая тишина.
Встретила взгляд Севастиана и громко сглотнула.
- Что здесь правда, что ложь, Рита? - он поднял свой бокал и улыбнулся. Сделал глоток.
Прокрутила в голове слова Северского. И хмыкнула.
- Нельзя что-нибудь попроще? Например, нас за столом четверо. Или...
- Будет твоя очередь - выберешь, что захочешь, - пообещал Севастиан. - Давай. Угадывай.
- Ладно, - потянулась к бокалу и отпила. Раскатала по языку терпкий вкус и зажмурилась на секунду. - Вино неплохое. Мне вкусно. Так что это ложь. Дальше...- покосилась на Тима.
Он сидит рядом, левая рука лежит на столе. На его запястье часы, и я повернула к себе циферблат.
- Время верное, - признала. - Это правда. Третье...- запнулась, вспомнив о его планах трахаться после ужина. Поймала насмешливый взгляд карих глаз и фыркнула. - Нет, не так. Вино невкусное - это правда. Время - тоже правда. Третье - ложь.
- Мухлюешь, любимая, - Севастиан засмеялся и откинулся в кресле. - Но ладно. На первый раз принимается. Теперь сама.
- Теперь я, - влез Тим. Он придвинул свое кресло ближе к моему и ткнул вилкой в кусочек мяса. Поднес его к моим губам. И, пока я жевала сочное, истекающее соком жаркое, он говорил: - Этот лайнер принадлежит тебе - первое. Под твоим платьем нет белья - второе. Ты никогда не любила мужа - третье.