- Не бойся, — сказал он и провёл меня внутрь кухни, усаживая за стол. – Не переживай, котёнок. Тебя никто не обидит.
Они были оба широкоплечими и большими. Хоть они были не близнецами, но основная разница была в них глазах.
- Как ты себя чувствуешь? – Поинтересовался мужчина, которого звали Николай.
- Лучше, — ответила я, мысленно проклиная свой дрожащий голос. Посмотрев на свои руки, я попыталась унять дрожь. Я так сильно устала и даже не помнила, когда ела в последний раз.
- Тебе нудно поесть!
Исходящий от плиты аромат напомни о том, как я была голодна. Живот предательски заурчал. Александр поставил передо мной тарелку наполненную, хорошо прожаренными стейками. Я прямо-таки накинулась на них.
- Когда ты ела в последний раз? – с задумчивым выражением лица спросил Николай.
- Не помню, — неопределённо отозвалась я.
Братья переглянулись. Мои руки слегка дрожали, запихивая еду в рот так быстро, как только могли. Инстинктивно я боялась, что у меня отберут эти куски мяса. Мужчины наблюдали за тем, как я ем.
- Не так быстро, малышка. Тебе станет плохо.
Я покраснела от стыда за своё поведение. Но не остановилась и поглощала пищу, возможно, чуть медленней, чем прежде. Мужчины дождались, когда я доем. Алекс подхватил меня на руки, и понёс в гостиную, посадив на мягкий диван. Сами мужчины расположились рядом.
- Малыш, послушай меня. Мы должны задать тебе несколько вопросов.
Я в панике застонала и яростно замотала головой.
- Пожалуйста, отпустите меня. Я уйду. Вы меня никогда больше не увидите. Обещаю!
- Котёнок, нам можно доверять. Мы не собираемся причинять тебе боль. И мы также не позволим это сделать другим. Но мы должны знать, что происходит. Почему за тобой гнались тигры? Почему раны не затягивались? И как ты оказалась за пределами защиты семьи?
- В-вы не поймёте, — ещё больше запаниковала я. Я покачала головой ещё больше пугаясь. Притянув к груди колени, я уткнулась в них, пытаясь спрятаться от пристального взгляда мужчин.
- Расскажи нам, — настаивал Николай.
- Я…я, — всхлипнула я. – Я изгой.
Повисло напряжённое молчание. По комнате разносились лишь мои всхлипы. Я боялась поднимать голову. Не хотела видеть их неприязнь в глазах, а хуже всего ненависть. Таких, как я, не любили. Напряжение нарастало и меня начало потряхивать. Я закрыла глаза и почувствовала, как волна тошноты окружила меня. Изо всех сил я старалась не открыть их снова и вот усилия увенчались успехом, как вдруг комната вокруг меня завертелась. А затем всё померкло.
Как долго я спала? Мой взгляд упал на часы, стоящие у кровати. Четыре тридцать. Утра? Дня? Непонятно. За окном ярко светило солнце. Мужчин в комнате не было. Прислушавшись к звукам в доме, я не обнаружила движения. Это мой шанс ускользнуть. Я вытащила ноги из-под тяжёлого одеяла и осторожно, стараясь не издавать ни единого звука, спустила на пол. Из одежды у меня ничего не было, поэтому решила одолжить футболку, в которой сейчас находилась.
С особой осторожностью я открыла дверь спальни и выглянула в коридор. Никого. Прокралась на цыпочках по коридору и с облегчением вздохнула, когда добралась до выхода. Волков нигде не было. Взялась за ручку и, затаив дыхание, повернула её. Приоткрыв дверь, я выскользнула. У меня получилось! Погода была тёплой даже, можно сказать, жаркой. Осмотревшись, я быстро соображала, куда мне лучше идти.
- Куда-то собралась, котёнок?
Я развернулась в направлении голоса и увидела Александра и Николая. Они стояли в нескольких метрах от меня, недовольно взирая. Повидавшись что-то сказать, я лишь открыла и закрыла рот. Ничего не вышло. Голос, словно пропал. Поэтому сделала единственную вещь, которая пришла в голову. Побежала. Я метнулась в сторону леса, удаляясь дальше от мужчин. Сзади раздались проклятия. Страх овладел мной. Я рванула так быстро, как только могла. Но далеко убежать мне не дали. Сильные руки быстро подняли меня на руки. Желудок сделал кульбит, стягиваясь от страха в узел.
- Не смотри на меня так! – Возмутился держащий меня Александр. – Я не причиню тебе боли!
- Ты никуда не пойдёшь! – Твёрдо заявил Николай. – А попытаешься ещё раз сбежать, свяжу.
Глаза наполнились слезами, и я захныкала.