Разведя руки в разные стороны, он повернулся ко мне спиной и направился к центру пещеры. Тихим речитативом он повторял не понятные слова. В воздухе разлилось напряжение, словно совсем близко находится огромный трансформатор, и невольно улавливаешь тихое дребезжание.
Пещера была не обычная, она чем-то напоминала огромную чашу, в центре которой находится широкий колодец метров десять в диаметре. Из клетки мне не было видно, какова глубина этого колодца. Зато я могла наблюдать нечто странное – из него поднималась, словно дрожжевое тесто из кастрюли непонятная субстанция, которая клубилась и переливалась фиолетовым, синим, красным и черным. Она неуловимо колебалась и кажется, что когда мужчина начал говорить, то колебания усилились.
Если в пещере вампира было влажно и тепло, шел пар от горячего источника. Тут, наоборот, от каменной стены шел промозглый холод, а от этой субстанции - жар.
Внезапно мужчина прервал свой ритуал, а может его целью было то, что от субстанции отделилась небольшая часть, размером с мандарин и, подлетев к стене пещеры, растворилась в ней. Что за фигня тут творится?
- Дополнительные защитные чары! – обернулся мужчина и видимо ответил на мой немой вопрос. - Знаешь, почему я ненавижу и вампиров, и оборотней? Думаю, тебе рассказали истоки конфликта и почему не допускали вашего союза? Не удивляйся, то, что меня не было в зале заседаний, не значит, что я не в курсе нюансов.
- Да рассказали - любовь оборотня и вампира, они боялись того, что будет гибрид.
- Тьфу! Эти слабые ничтожества, как и всегда, переписали всю историю под себя. Они вычеркнули из нее меня, - уголки красивого рта опустились вниз.
- В смысле? У вас тоже был союз из трех участников?
- Да, я неистово любил Эмилию, как и она меня, - он оголил шею и продемонстрировал свой узор, схожий с тем, что я видела у себя, когда смотрела в зеркало.
- Но ты же не вампир! Ты и не выжил бы, а умер от голода!
Взмахом руки мужчина оживил образ, словно включил где-то проектор, и по пещере прошла прекрасная стройная девушка с гривой черных волос, но самое удивительное это ее фиалковые глаза. Но разве они у вампиров не красные? Рядом с нею стоял огромный мужчина и не вызывало сомнения, что он был оборотнем. Он такой мощный, что Эмилия рядом с ним была словно хрупкая фарфоровая статуэтка.
- Она прекрасна, - я не могла сдержать восхищения, девушка была грациозна, королевская осанка и взгляд полный страсти.
- Да, мы любили друг друга! – он подошел и провел по абрису ее лица кончиками пальцев, голограмма слегка замерцала от прикосновения. - Я даже терпел ее пару, безумно ревновал ее, но магия истинности делала свое дело и заставляла меня примириться с таким союзом. Но наше счастье не было бесконечным. Оно закончилось так же внезапно, как и началось. Нас обнаружили. Мне удалось бежать, я хотел ее спасти, но к тому моменту как все свершилось, их обоих уже убили. Точнее троих, ведь Эмилия на тот момент была уже беременная от оборотня, что являлось неоспоримым доказательством их парности. Чтобы меня не искали, мне пришлось имитировать свою смерть. В любом случае они видимо и не рассчитывали на то, что я каким-то образом выживу. Ведь хотя я и не вампир, но метка влияла и на меня. Это было больно. Очень.
- Зачем же ты держишь меня? Собираешься убить?
- Во время моей агонии я поклялся, что эти два народа, раз за разом будут сталкиваться и уничтожать друг друга! В противостоянии они постоянно генерируют эмоции, постоянные убийства подпитывают своими страданиями мой замок и чем больше страдания, тем сильнее я. А я упиваюсь своей властью и понимаю, что никто и никогда из их поганых потомков не будет так счастлив как мы в те недели!
А потом рядом с парой появился третий участник. Он словно более юная версия моего собеседника, только волосы его были черные. Спутать было не возможно, это был точно он - лицо светлое красивое, без этих хмурых морщинок между бровей. Если бы не было такого наглядного сравнения, то ни за что бы, ни поверила, что эти внутренние изменения так разительно изменили его внешность. Юная версия – он словно молодой, полный энтузиазма, надежд на будущее, влюблен и любим. Тот же, что стоит передо мной во плоти словно пропитан ненавистью, тьма клубится в его глазах. Это не тот в чем-то наивный мальчик, а чудовище, у которого не дрогнет рука, если ему придется вырезать сердце у своей жертвы.