— Дэн! Они прекрасны и мне очень нравятся. Теперь буду носить их и не снимать, — она звучно чмокнула его в нос и обвила шею руками, — Большое тебе спасибо. Очень приятно, — тихо сказала и вздохнула, будто он сделал что-то значимое для нее.
От такой искренней благодарности у мужчины приятно щелкнуло внутри. Тут же захотелось одаривать Бритни хоть каждый день. Лишь бы она вот так умиротворенно обнимала его.
— Не хочу прерывать наши объятия, — вдруг потянул он носом, — Но, кажется, стейки сейчас сгорят.
— Вот же зараза!
— Нельзя так вкусно готовить, — сыто откинулся на диван Дэн. Его глаза были блаженно прикрыты, а я тихонько посмеивалась с него. Он сейчас казался таким домашним и … обычным.
Не в плохом смысле слова, а в том, что я не воспринимала его, как богатого человека, ворочающего миллионами и управляющего серьезными стройками.
Села рядом с ним, поджав под себя ноги, обняла его и положила голову ему на плечо. Сразу стало спокойно и хорошо. Широкая ладонь мужчины накрыла мои коленки и игриво поползла вверх. Он приоткрыл один глаз и покосился на меня.
— Я по тебе соскучился, Бритни.
— Сильно?
— Ты мне не веришь? — он удивленно приоткрыл рот, чем снова вызвал у меня тихий смешок.
— Верю, просто хочу услышать, насколько сильно ты соскучился.
— Ааа, — понятливо протянул, — Как я мог забыть. Женщины любят ушками. Вас нужно всегда подпитывать ласковыми словами, да?
— Ну, всегда это уже будет перебор и похоже на неприкрытую лесть, но в целом, да, — улыбнулась ему.
— Давай, я лучше тебе покажу, как я скучал эти дни? — глядя мне в глаза, Дэн взял мою ладонь и положил себе на грудь.
Он гладил себя моей рукой, плавно спускаясь к ремню брюк.
— Расстегни их, — короткая фраза, заставившая меня задрожать от предвкушения. Между нами резко пропал весь воздух и хотелось рвано вдыхать, чтобы хоть как-то снять спазм в груди.
Подрагивающими пальцами расстегнула бляшку ремня, повозилась с пуговицей, едва нашла собачку от молнии. И все это под нетерпеливое дыхание, обжигающее кожу. Дэнис нежно ласкал мою шею, его губы выводили дорожки поцелуев от скул и до ключиц. Казалось бы, такая простая и незатейливая ласка, а сколько ощущений.
Он приподнялся на диване, давая мне стянуть с него брюки. Он остался в белых боксерах и рубашке. Последнюю он тут же снял и закинул, не глядя куда.
— Снимая их тоже, моя девочка, — он сделал движение вперед, показывая, насколько он возбужден.
Под белой тканью отчетливо выделялось его желание, принявшее форму большого члена. Медленно потянула ткань вниз и даже застонала. Хотелось уже перейти к той части, где я окажусь в крепких руках Дэниса.
— Вот с таким стояком, моя сладкая, я ходил каждую чертову минуту в этой поездке, — мужчина наклонился ко мне и подхватил на руки.
Его губы обжигали своим желанием, язык ласкал, как ни разу никого и никогда. Поцелуй своим напором и опьяняющим чувством мог заменить секс, если бы от последнего не сносило голову еще сильнее.
Руки сжимали мои ягодицы, стремясь вжать в себя со всей силой. Он удерживал мое тело на весу и насаживал на себя, доставляя друг другу моменты томительной агонии. Между нами была лишь тонкая ткань домашних штанов. Как последний кирпичик в стене павшей крепости.
Я впивалась в его плечи и сама ерзала у него на руках, лишь бы удобнее и сильнее соприкоснуться с его налившимся членом.
— Ты по мне скучала не меньше, да… конфетка? Тебе очень подходит… — лихорадочно шептал, срывая с меня футболку, — Вся в красивой обертке, а под ней самое настоящее сокровище.
— По-моему ты больше по мясным стейкам специализируешься, чем по сладкому, — наслаждаясь его прикосновениями, прошептала в ответ.
— Да как ты можешь так говорить, женщина! — притворно рыкнул он и повалил меня спиной на диван. Сам навис сверху, подминая под себя, но тут же чертыхнулся, — Еще когда только зашел, мечтал их с тебя снять.
Он потянулся к моим штанам и без особых усилий стянул, кидая куда-то вслед своей рубашке.
— Вот теперь идеально. Черт, — рвано выдохнул Дэнис, — Мне нравится, когда ты без белья.
— Костюм Евы, — я приглашающе выгнулась перед ним. Его взгляд из арктических глубин превращался в тлеющие угольки, под которым я плавилась и обжигалась.
Хотелось порочно преподнести себя, показывая каждый сантиметр кожи, и в то же время закрыться от него.
Будто в наваждении он гладил широкими ладонями мое тело. Они прошлись по тонкой шее, спустились на плечи. Бархатная кожа так и полыхала под его сильными руками. С нежностью сжал мою грудь, ласкал вмиг затвердевшие соски. Приблизился ко мне и невесомо поцеловал, опускаясь губами все ниже. Я разочаровано ахнула, но тут же прикрыла глаза, чувствуя его дыхание на внутренней стороне бедра.