Жужжащий звук заставил открыть глаза. Запах паленого исчез вместе с моей одеждой, как и полупрозрачный купол. Блондин шагнул навстречу, чтобы снова поднять меня на руки.
– Ты идеальна, – сообщил он, улыбаясь одним уголком губ, – по всем параметрам.
И что же это значит? Я смотрела на него во все глаза. Чужое лицо находилось так близко, что можно было коснуться рукой. Да только те висели, как плети. Я их даже не чувствовала.
Очевидно, чувство стыда этим существам тоже было неведомо. Иначе прикрыли бы меня хоть чем-то.
– Некоторое время после процедуры ты не с-сможешь двигаться, – послышался голос брюнета.
Подойдя ближе, он коснулся моих волос, медленно пропустив сквозь пальцы длинную прядь.
– Но это продлитс-ся недолго, – подтвердил второй.
А потом меня куда-то понесли.
Я смотрела в белоснежно-перламутровый потолок, гадая, что это за минерал такой… мне просто нужно было отвлечься, чтобы не сойти с ума от страха и беспокойства за свою жизнь.
Идеальна по всем параметрам. Для чего??
Очередная комната мало чем отличалась от предыдущей. Те же белые каменные стены и сталактитовый потолок. Только посередине вместо кровати возвышался внушительный бассейн.
Красную от смущения меня бережно опустили с теплую воду. Она едва уловимо пахла какими-то незнакомыми пряностями. И я бы порадовалась водным процедурам, если бы меня оставили одну, дав возможность помыться самой. Но нет.
Один из шарнаданцев уселся на бортик позади меня, а другой забрался в воду напротив.
Голова лежала на коленях темноволосого. Он принялся поливать мои волосы водой, пока второй взялся за массаж моих ступней.
От удивления ко мне даже вернулся дар речи:
– Что вы делаете?
– Помогаем тебе восстановитьс-ся. Витаминная ванна – самое лучшее средс-ство после физичес-ского истощения, – пояснили они.
С чего бы такая забота?
– А что потом?
Прозрачная голубая вода не скрывала ничего. Кажется, мое лицо и шея сравнялись цветом с волосами, которые усердно намывал брюнет.
– Потом ты отдохнеш-шь и поешь.
Боже… ну что ж так всё сложно то? А потом? Потом они съедят меня? Сытую, чистую и отдохнувшую??
И чего я так разволновалась? Никто меня не бьёт, не травит, никто не угрожает… только эта странная забота от двух монструозных мужчин в маскировочных комбезах пугала не меньше.
Я не знала, что за всем этим последует, и потому сходила с ума от тревоги.
Что я могла им противопоставить сейчас? Слабая, как младенец после непонятного сканирования?
Одежду мне надеюсь, дадут? Хотя, зачем еде одежда? Как бы кожу не сняли…
Но пока что ничего не говорило о том, что мне грозит нечто из ряда вон. Меня касались очень бережно и осторожно, явно не желая нанести вред.
Не факт, что поведение шарнаданцев не изменится уже в следующий момент… и пока что я совершенно не понимала, что происходит.
– А вы, – прошептала, гулко сглотнув, – со всеми землянками ведете себя так?
– Ты первая, кто попалс-ся нам, – послышалось над моей головой.
Я наконец-то начала чувствовать свои руки, и тут же этим воспользовалась, чтобы прикрыть собственную наготу.
– Землянки очень редки здес-сь, – взгляд блондина потемнел.
Он больше не мог безнаказанно меня разглядывать, и мне не хотелось акцентировать на этом внимания.
Я постаралась заговорить им зубы:
– То есть, я не первая?
– Разумеетс-ся, нет.
– И что стало с остальными?
– Почему тебя это интерес-сует?
Их нежелание отвечать на простые вопросы начинало порядком раздражать.
Да потому что я сама землянка, черт побери! И меня тревожит собственная судьба! А еще судьба моей сестры!
– Я хочу знать, что со мной будет дальше. Вы вернёте меня домой?
– Нет, ты ос-станешься с нами.
Что и требовалось доказать. А значит, план остается неизменным. Восстановиться, найти Эрин и сбежать.
– В качестве кого?
– В качес-стве Ахсарриан.
Я непонятливо заморгала. Это что? Название блюда по типу гуляша?
– Кого?
– Ахсарриан на наш-шем языке означает – единс-ственная, или сокровище.
Единственная кто?? Какое ещё сокровище? Я прикрыла глаза, успокаивая разволновавшееся сердцебиение. Почему они не могут объяснить как следует? Это выматывало.
Смуглые когтистые руки вдруг скользнули к запястьям, чтобы отнять мои ладони от груди. Я не смогла сопротивляться.
Блондин вскинул на своего собрата недобрый взгляд и рыкнул что-то на тигрином, обнажая в оскале острые клыки.
Я судорожно выдохнула, услышав ответ, произнесенный на общеземном:
– Я больш-ше не могу сдерживаться!