Посмотрев в заплаканное детское лицо Вероники, Софи дала себе слабину и притянула ее к себе в объятья, в ответ тонкие руки обвили шею Софи. Ревя как маленький ребенок, Вероника через слезы и сопли тихо и пискляво произнесла эти слова.
— П-прости… прости меня.
…
— Вижу огни! Подплываем! — Послышался громкий голос Форсетского матроса на борту танкера, указывающего пальцем на слабые факельные огни, мигающие в пределах варварского лагеря.
— Готовьте пушку! Заряжайте быстрее! — Подгонял полковник минотавров, что и так уже засыпали порох и теперь с трудом толкали огромное ядро в бездонный канал ствола пушки.
То, что эти пятеро минотавров затолкали этот круглый булыжник, уже хорошо, но времени и правда не хватало. Пушка уже вышла на линию огня и должна была выстрелить, но время перезарядки затянулось.
Пьер, совсем не давно отошедший от битвы с северянами, подошел к полковнику и обратился к нему.
— Союзники не попадут под огонь?
— Если бы попадали, то не выстрелили бы. — Язвительно отозвался полковник, не любящий, когда ему кто-то перечит, особенно в такие важные моменты.
— Я бы не советовал вам стрелять. Там находятся диверсанты.
— Они не идиоты, заметят корабль и сразу же уйдут с линии огня. — Не сдавался полковник, но и Пьер отступать не собирался.
Там, во вражеском стане сейчас находится Софи и ее соратник, за них он переживал особенно сильно и поэтому, пока не убедится в их безопасности, хотел оттянуть момент выстрела, оперируя всей имеющейся информацией.
— Вы ведь не забыли, что среди диверсантов находится кандидат в королевскую гвардию?
Полковник повернул голову и сузившимися глазами посмотрел на Пьера, осознавая, что их коннетабль очень трепетно относится к гвардии и с особой тщательностью подходит к их отбору. А потеря одного кандидата, это возможное пустующее место в гвардии, которое не желательно.
— Черт с вами, свяжитесь с господином Андре, запросите разрешение на выстрел при сложившейся ситуации. — Приказал он рядом стоящему тауматургу-связисту. Связь уже была настроена, поэтому связались с командованием мгновенно.
— Господин Андре. — Произнес он в передатчик, откуда заговорил знакомый голос Андре.
— "В чем дело?" — Послышался короткий и ясный вопрос.
— Господин Андре, в лагере возможно остались наши диверсанты, мне об этом ничего не известно. Поэтому, жду вашего приказа. — Лаконично и доходчиво объяснил полковник. Спустя секунду из сферы послышался громкий ответ.
— "Не стрелять! Еще раз говорю, не стрелять! В лагере находятся ценные бойцы, не вздумайте задеть их намеренным выстрелом! Ждите зеленый сигнал из лагеря, только потом стреляйте!"
— Вас понял, господин! — Не вольно выпрямившись перед сферой, ответил полковник.
— "До связи." — Связь была подавлена и голос утих.
— Хорошо, будем ждать зеленый свет. — Смирившись ответил полковник, адресовывая эти слова уже самому Пьеру.
…
— Не уйдешь! — Злобно завопил Харальд, нагоняя постоянно отступающего Безликого, что уже исчерпал потенциал своих ножей, которые постоянно отражались ударами Харальда.
Пока огромный конунг бездумно гонялся за черным силуэтом, Эос аккуратно перепрыгивал с одно места на другой, словно обходил препятствия, что не осталось незамеченным. Резко остановившись, Харальд посмотрел на грязь вокруг себя, нутром ощущая в них опасность. Затем поднял глаза на черепоголового, что стоял в нескольких метрах от него и ждал, пока северянин подойдет к нему.
Но вестись на столь очевидную провокацию он не стал. Замахнувшись мечом, его форма изменилась, лезвие обратилось огромным шипастым шаром, а эфес превратился в длинную цепь. Бросив руку с цепью вперед, огромный шар с неистовой скоростью понесся в мелкую тушку, которую не защитит ни один доспех.
Сев на корточки, Безликий пропустил серебристый шар над своей головой. Пролетев мимо цели, шар врезался в стену бревенчатого дома и пробил его на сквозь, за которой последовал и весь остальной дом, сложившись до самого основания.
Пока Харальд не притянул цепь обратно, Безликий схватился за нее и начал тянуть к себе. Конунг надеялся на свои силы, мол ему хватит их, чтобы вытянуть противника к себе. Но ожидания быстро разрушились. В сравнительно мелкой тушке, хранилось не меньше, а может и больше, сил, чем в теле огромного северянина Харальда. Оба они чуть ли не падали на скользкой земле, но прижавшись к земле, для большей устойчивости, Безликий резко дернул за цепь, роняя северянина на землю.
Огромное ручище глубоко погрузилось в грязь, пока не щелкнул механизм и стальная челюсть не захлопнулась. Стальные клыки вгрызались в плоть по самую кисть. На землю брызнула струя крови.
Болезненный рок быстро сменился действием. Встав на колено, он схватился за одну дугу рукой, а на другую наступил, освободив трясущуюся от боли руку.
Услышав чавканье грязи, Харальд поднял глаза и увидел перед собой колено, прилетевшее ему в нос и безнадежно его переломав. Рухнув на спину, он рефлекторно схватился за свежую рану, как Безликий запрыгнул на него и начал крушащими ударами наносить удар за ударом. Настолько сильными они были, что казалось еще немного и эти его руки перемолят кости Харальда в порошок.
Прикрываясь руками, конунгу удавалось защититься, но темпы все никак не хотели спадать.
Подгадав момент, Харальд перехватил руку и потянул Безликого вниз, поменявшись с ним местами. Заняв возвышенную позицию, град ударов обрушился уже на стальной череп, но Безликий, уверенный в титановой оболочке даже не прикрывал голову, позволив Харальду наносить эти удары, пока тот истекал кровью и понапрасну тратил свои силы.
Не прошло и минуты, как кулаки целиком обливались кровью, пока кожа на костяшках разрывалась и оголяла окровавленные костяшки, в которых виднелись теплые и хрупкие сухожилия. Силы быстро покидали Харальда, а боль в его руках только нарастала и уже совершенно не чувствовались. Вынужденный прекратить это, Харальд поднял обе руки вверх, в которых появилась рукоять, а затем из нее выросло лезвие, кончиком направленное на обездвиженное тело Безликого.
Острие быстро опустилось к его доспехам, но не успели их коснуться, как рука отвела лезвие в сторону, а после, что-то уперлось Харальду в грудь. Взглянув, конунг увидел как дуло орочьего пистоля уперлось ему в доспехи. Харальд успел только взглянуть в пустые стеклянные глазницы черепоголового, перед тем как взведенный молоточек механизма ударил по пороховой чаше и раздался громкий оглушающий выстрел.
Тысячи мелких пуль вылетело из ствола, пробили тонкие чешуйки доспеха и вошли в плоть, распускаясь в теле кровавым цветком. Кровь поступила к горлу и вылилась на стальной череп, заливая его линзы и просачиваясь через ноздри и зубы прямо внутрь, наполняя шлем влагой и неприятным запахом.
Обрушив полумертвую тушу на спину, Безликий поднялся и вытер правую линзу от густой крови, вернув себе прежний обзор.
— Кха… н-нет… только… не сейчас… — Изрыгая из себя кровь, с трудом выговорил еще живой Харальд. Все же крепкий человек попался и Эос этому слегка удивлялся. Обычный человек от выстрела в упор из картечи уже умер бы от болевого шока и уничтоженных в смятку внутренних органов, а он еще дергался и цеплялся за свою жизнь.
"Силен." — Подумал Безликий, прежде чем подойти к нему и прислушаться к его предсмертным словам.
— …мой… народ не заслужил… забвения. — С непомерным усилием повернув бородатое пропитанное кровью лицо к Безликому и взглянув на него дрожащими глазами, приложил все свои оставшиеся усилия для того, чтобы протянуть к нему руку. Безликий не препятствовал этому и чуть было не пожалел об этом.