После короткого молчания, Кэйташи дал утвердительный ответ.
— "Я. Понял. Тебя."
Прервав ментальную связь, Хорас начал медленно, но уверенно ступать по скрипучему и даже трескающемуся от тяжелого веса деревянному полу. Селафиил пошел ему на встречу, его походка и осанка излучали небывалую уверенность и грозность в каждом его движении. Его глаза смотрели на кованого как на что-то незначительное, что-то, что не вызывает никакого чувства угрозы. Его дыхание было ровным и не выдавало никаких признаков беспокойства. Для Селафиила, это был лишь очередной бой, ничем не выделяющийся из тысяч других битв, в которых участвовал черный рыцарь. Простая обыденность.
Когда кованый и рыцарь подошли друг к другу на расстоянии примерно в десять шагов, те подобно молнии сорвались с мест и схлестнулись в конфронтации. Оголовье черного молота, объятый пламенем, приземлился на полупрозрачный диск Хораса. Как и ожидалось, фиолетовое пламя начало сползать с черного молота прямо на щит. Дернув рукой, Хорас одним движением отбросил оружие черного рыцаря и послал на него потоки таумы. Волна эфира благополучно потушила огонь.
Не теряя время, Хорас кулаком нанес удар по кирасе, проминая черную сталь внутрь с неприятным скрежетом. Селафиил согнулся от боли и тут же получил удар по шлему, что отправил его на коротко-временный нокаут. Но доли секунды было достаточно, чтобы Хорас успел заключить рыцаря в стальных и крепких тисках своих объятий. Сжав тело черного рыцаря еще сильнее, доспехи начали скрипеть. Словно выкованные из фольги латы начали прогибаться под тяжелым прессом Хораса. Но сам Селафиил не издал ни единого болезненного звука.
Ноги Хораса и Селафиила начали медленно отрываться от деревянного пола, после чего стремительно взлетели вверх, проламывая потолок и крышу этого храма. В мгновение, две фигуры скрылись из виду.
Органики замерли в ожидании, что они вот-вот вернуться, с изумленными глазами вглядываясь в свежую дыру в потолке, из которого подул холодный ветер вместе с редким снежным дождем.
Они бы и дальше продолжили смотреть в одну точку, словно прокаженные, но тишина прервалась тяжелым топотом второго кованого. Кэйташи торопливо пробирался сквозь замершие ряды тауматургов и занял место лидирующего. Командным голосом он сказал.
— Всем. Двигаемся. Дальше. Не останавливаемся.
— А это, а Хорас? — Взволнованно интересовался вервольф, обращаясь к Кэйташи.
— Хорас. Отвлек. Внимание. Селафиила. Мы же. Должны. Добраться. До. Монолита. Пока. Не поздно.
— Не беспокойся о нем, это же кованый. — Успокаивающе говорил Кай.
— Да, конечно же. — Подавленно ответил Клык, вспоминая как копию того же Хораса сжирало фиолетовое пламя.
Кэйташи отсканировал коридор вдоль и поперек, врага он не обнаружил, да и осторожничать времени не было, поэтому группа перешла на бег. Ноги десятка существ быстрым темпом пробегались по пустому и темному коридору, пока в конце не начали виднеться двойные двери.
Быстро просканировав саму дверь и то, что находиться за ней, Кэйташи обнаружил за ними трех существ. Двое из них были простыми органиками, но третий источал схожую с Селафиилом ауру, еще один черный рыцарь, или как выразился Кай, черный самурай.
Кэйташи не стал останавливать группу, вместо этого он сам прибавил темп, вырвавшись далеко впереди группы. Прямо перед тем как ворваться в проход, кованый вытянул руку и при помощи заклинаний взорвал двери, вырвав их из петель и превратив в кучку разлетевшихся щепок. Прыгнув прямо в огненный шар и пролетев сквозь него, кованый приземлился прямо на ноги, чуть не проломив хрупкие дочечки на полу.
Оказавшись внутри помещения, Кэйташи осмотрел трех персон. Как он и думал, двое органиков судя по их ауре обладали хорошими познаниями в использовании таумы, а их одеяния намекали на их род деятельности. Один из них одет в храмовые одежды, говорившие о нем как о оммеджи. Второй оказался черно-белым мордваром, монастырские робы и иероглифы. Воин-монах, без сомнений.
А третий из них выделялся высоким ростом и угольно-черными ламеллярными доспехами, с маской демона на лице, но никакого оружия с ходу заметить не удалось.
Многие бы предпочли просто обойти эту опасную кампанию стороной, но вот в чем загвоздка. Эти три персоны стояли перед дверьми, из-за которого особенно сильно ощущались потоки энергии древнего монолита. Фактически, монолит за их спинами.
Черный самурай сделал шаг вперед и грозным пугающим тоном заговорил с Кэйташи.
— Кованый, дальше тебе прохода нет. Отступи, если тебе дорога жизнь.
— В. Этом. Как. Раз. И. Кроется. Проблема. Я. Не ценю. Свою. Жизнь.
Завершив даже не начавшийся разговор, Кэйташи открыл множество порталов, из которых выглянуло множетсов наконечников от копий и мечей. Отдав им сигнал, орудия помчались в самурая подобно ледяному граду, накрывший его с ног до головы. Но стоило десяткам лезвий приблизиться к самураю, как тут же врезались в воссозданный барьер и начали осыпаться на пол, образовывая беспорядочные кучки.
Развеяв порталы, Кэйташи вытянул руки в сторону самурая, и из голубых колец вышла пара алмазных кинжалов. Особо не целясь, Кэйташи выпусти эти каменные орудия прямо в щит самурая.
Первый алмазный кинжал врезался в барьер, рассыпавшись на множество мелких осколком, но оставив после себя заметные трещины на поверхности барьера. Второй кинжал разбил защитный барьер в дребезги, на множество стеклянных осколков, что растаяли в воздухе.
Черный самурай сделал еще один шаг вперед и воссоздал в своих руках огромный тати, без всяких излишеств или украшений, лезвие, гарда и рукоять, все что было нужно. Великан в черных доспехах начал быстро приближаться. В попытке остановить его, Кэйташи скастовал лед, покрыв ледяным слоем пол под своими ногами.
Перед тем как лед добрался до ног самурая, тот подпрыгнул и начал приближаться к Кэйташи уже сверху. Кованый резким движением ушел в сторону и начал отступать к боковой бумажной двери, подманивая самурая идти за ним. Великан с тати, приземлившись на место где ранее стоял кованый, помчался за ним, оставив остальных незваных гостей своим подчиненным.
Ворвавшиеся в комнату отставшие органики вопросительно начали осматривать комнату в поисках кованого, пока не заметили двух людей у двери. Только завидев их, тауматурги выставили щиты вперед, выстроившись в шеренгу, а вервольфы, за не имением таких способностей спрятались за их спинами, ожидая атаки со стороны врага.
Вперед вышел странный человек с бумажкой на лице. Махнув рукой, оммеджи наслал на шеренгу тауматургов несколько талисманов. МБФсовцы приготовились принять удар своими щитами, но талисманы, словно подхваченные ветром, обогнули эфирные щиты и оказались прямо над их головами. Из талисманов в быстром темпе вытянулись шипы, что пронзили головы тауматургов на сквозь. Половина солдат тут же погибло на месте.
Стоило их союзникам увидеть как стоящие рядом с ними товарищи начали беспорядочно падать на пол, с проткнутыми на сквозь черепами, как заметно начали волноваться, что отразилось в их четком построении. Ряды сильно поредели и оставшиеся десять человек начали торопливо восстанавливать шеренгу щитов.
Но тут в дело вступил второй, воин-монах сжал кулак и отвел ее назад. Клык и Кай напряженно наблюдали за тем как мордвар накапливал силу, для мощного удара и лучше бы они не видели результат этого приема.
Когда нужное количество энергии сконцентрировалось в кулаке, та засветилась желтым светом. С криком силы, мордвар ударил по воздуху, но энергия которую он высвободил, добралась до растерянных тауматургов. Волна желтого света ударила по эфирным щитам бойцов МБФ, те раскололись на сотни стеклянным осколков, но волна не прекратило свое шествие и добралось до самих бойцов.
Началось самое ужасное. Стоило волне силы только коснуться их тел, как кости начали ломаться с громким хрустом, плоть разрывалась и хлестала кровавым фонтаном. Красные струи с ног до головы облили тела вервольфов и некогда серая шерсть окрасилась в темно-алые цвета.