Встреча была радостной, а потом, потом, — Мишель и Николь узнали все то, что случилось с Луизой после таинственного исчезновения с парохода. Вильбуа, Сальватор и Ихтиандр рассказали им всю историю, по мере возможности объясняя события теми научными данными, которыми они располагали. Мишель, все это время считавший, что его сестру растерзала акула, теперь просто не знал, что и думать.
— Господа, это так все похоже на фантастику, что даже не верится, — он вздохнул, — однако существует Карлос Менес, которого я видел раньше…
После продолжительной паузы он спросил:
— Господин Вильбуа, могу ли я оказать вам помощь в дальнейших исследованиях?
— Дорогой Мишель, мы обязаны вашей семье за спасение… Тем более, что в дальнейшей нашей работе мне как раз нужен еще один помощник. Для вас и вашей очаровательной жены мы найдем место.
Карлос Менес хорошо чувствовал себя в кругу этих замечательных людей, но от него по-прежнему скрывали правду о проведенной операции. Он сожалел о своем друге Рудольфе, похороненном на острове, и каждый день ходил к его могиле. Особенности его организма профессор снова и снова объяснял последствиями сложной операции и просил не беспокоиться.
— В Буэнос-Айресе только не забывайте о нас, — напутствовал Сальватор.
Сам профессор в душе считал себя виновным в трагедии Луизы и очень переживал о случившемся.
Начав операцию по поводу травмы ноги у Армана, он не смог ее закончить, и его ассистенту Жаку пришлось самому доводить дело до конца.
Но время шло, и у Менеса заканчивался отпуск — нужно было возвращаться в Аргентину. В один из дней на остров прибыл еще один гость — Ольсен. Его приезд не был неожиданностью. Карлос знал о нем и, конечно, рассказал об этом Сальватору раньше.
— Ну вот, — с досадой произнес управляющий, — если бы знал, что все окончится благополучно, то не тащил бы это, — Ольсен осторожно открыл чемодан, полный ручных гранат.
— Не понимаю, — произнес Жак, — как вас таможенники на корабль могли пропустить с такой поклажей?
— Кто хочет, тот всегда может, — ответил незадачливый спасатель.
— Он действительно может, — поддержал Ихтиандр, — я всегда помнить буду, как он меня под носом у полицейских в бочке из тюрьмы вывез.
Из-за Ольсена пришлось отложить отъезд на несколько дней. Он постоянно находился среди людей и лишь однажды случайно оказался один на один с Гуттиэре, и говорили они о вечных проблемах человека: о жизни, любви и счастье…
ГЛАВА 24
Наступило время отъезда.
Сальватор постоянно казнил себя за Луизу, и здесь не помогали уговоры друга. Было ясно, что разные результаты операции у Карлоса и Луизы были определены той ошибкой, которая случилась во время операции у девушки. Единственной отрадой здесь был Карлос Менес, который чувствовал себя нормально.
Этот половинчатый результат тоже не приносил профессору удовлетворения.
— Вы не тревожьтесь за себя, — говорил Сальватор при расставании, — охота идет за мной, но сейчас я буду внимателен. Сам виноват в той истории — принял вместо врача шпиона. Хотя, впрочем, хирург он был хороший — надо отдать ему должное. Сидеть у вас здесь на острове не могу. Вы заняты работой, а я?.. Двум смертям не бывать, а одной не миновать — еду. Сначала заверну к Куперу в США, а потом домой. После этой истории ко мне приезжать пока не нужно. Я дорогу лучше изучил, мне и удобнее вас навещать…
Попрощавшись, Сальватор, Менес и Ольсен сели на пароход и поплыли в Америку.
Образ Луизы не выходил из головы профессора. Ночью ему приснилась девушка. Ее взгляд был устремлен куда-то в сторону и внимательно следил за передвижением невидимого Сальватору объекта. Затем она тряхнула головой, и часть прекрасных золотистых волос оказалась на груди. Она перевела свой взгляд на Сальватора, напряжение, сквозившее в нем пронзило профессора до глубины души, он вздрогнул и проснулся. Посмотрев на часы, доктор вздохнул — было два часа ночи, Какая-то тяжесть мешала в груди. Он встал и подошел к иллюминатору. Картина, замеченная им на поверхности океана, освещенного лунным сиянием, заставила вздрогнуть и протереть глаза… Он увидел силуэт подводной лодки, похожей на ту, в которой уже побывал.
— Они ведь взорвались… — с нескрываемым раздражением проговорил Сальватор, разбудив при этом Ольсена.
— О чем ты? — спросил тот.
— Вон, взгляни! Не зря ты гранаты вез. Да жаль, что все оставил на острове.
Неожиданно над лодкой появился небольшой светящийся шар, выполняющий плавные закрученные движения. Подлодка стала быстро погружаться в воду, и в это время раздался оглушительный взрыв — субмарина прекратила свое существование.