Жак с интересом включился в исследовательскую работу отца. Вначале они разделили обязанности: Поль проектировал металлургический завод, Арман и Винсент продолжали разработку схемы обратной связи, а Жак и Ихтиандр стали их помощниками. Прошла ещё неделя, и стало ясно, что необходимы совместные усилия по обоим вопросам, особенно нужны были математические способности Поля в вычислениях.
После обсуждения проблемы было решено, что в первую очередь нужно заняться «обратной связью», так как от неё зависело решение основной задачи – полного контакта с дельфинами.
Многолетние исследования подвели мсье Вильбуа к мысли, что варварское промысловое отношение человека к океану наносит природе непоправимый вред. Только наука может поправить положение. Многочисленные анализы пойманной рыбы, проведённые им, показали далеко не радостную картину. А уничтожение морских млекопитающих было доведено до абсурда. Человеку нужны разумные помощники, и таковыми могли быть дельфины. Исследования их умственной деятельности показали, что они могут сотрудничать с человеком. Уже многое было достигнуто: опыты с Карлушей, наушники Ихтиандра, созданные на основе исследований и расчётов их общих друзей. Арман Вильбуа и его ассистенты, к сожалению, не знали о том, что уже завершено создание прибора с односторонней связью и он имеется у Сальватора.
Сам профессор де Аргенти находился в тюрьме, а связь между Вильбуа и непосредственным изобретателем прибора профессором Джонсоном осуществлялась только через Сальватора. И сейчас, во всяком случае пока, островитянам оставалось надеяться только на себя, тем более что «подсказку» в виде необычного послания из будущего получили именно они. Время летело, а схема оставалась неразгаданной. Что же – всему свое время?..
Глава 18
Президент Франции был приятно удивлён, но вместе с тем и озадачен, получив письмо от своего старого друга месье Вильбуа. С Арманом он познакомился в университете. Они быстро подружились. Помогло ещё и то, что оба имели одинаковое социальное происхождение. Правда, учились они по разным специальностям, но это ещё более сближало молодых людей.
Будущий президент занимался на техническом факультете по профилю тяжёлого машиностроения. Армана влекло море, и он учился на биологическом факультете, в свободное же время интересовался проблемами физики и математики.
Когда родители Вильбуа вдруг стали говорить о помолвке Армана с графиней Дюбари, в которую был влюблён будущий президент, Арман, ни на минуту не задумываясь, отказался от помолвки в пользу друга, хотя молодая графиня и привлекала его.
Президент Франции улыбнулся воспоминаниям. Потом их пути-дороги разошлись, Арман занялся наукой, а сам он сначала удачной практикой, а потом и политикой.
«Да, сколько времени прошло!..» – подумал президент.
Но, несмотря на все обстоятельства жизни, они иногда переписывались, и когда у Армана родился сын, он был назван в честь друга, о чём будущий президент был уведомлен.
– Арман пишет о горах металла… Но откуда у него эти сведения? Хотя, конечно, не доверять ему нельзя. Он ещё со студенчества был конкретен в делах и поступках, – размышлял президент. – Так или иначе, а группу экспертов нужно отправлять. Что касается его просьбы…
Президент Франции, конечно, слышал имя хирурга Сальватора де Аргенти. Он нажал на кнопку вызова:
– Прошу дать справку об учёном-медике Сальваторе де Аргенти и его последних научных разработках.
Господин Беллон вновь задумался, увидев перед собой анализ металлической руды.
– Невероятное соотношение… – вполголоса произнес он. – Судя по размерам месторождения и его составу, здесь можно!..
И в голове бывшего руководителя металлургического концерна возникли планы грандиозного строительства автомобильных заводов и дополнительных веток железных дорог, трубопроводов и заводов радиотехнической аппаратуры.
– Ради этого можно удовлетворить любую просьбу, тем более если она исходит от Армана!
Вошёл секретарь и положил перед президентом лист. Пробежав глазами по бумаге, он тотчас же понял, что имеет дело с необычным случаем. В записке говорилось о судебном разбирательстве по делу доктора Сальватора. Здесь речь шла только о необычных операциях на животных. Это меняло общую картину. По замыслам следователей и прокурора Ихтиандр должен был умереть в тюрьме, а поэтому в материалах дела его имени вообще не было. В связи со всем этим окончательное заключение суда по делу доктора Сальватора гласило: «тюремное заключение сроком на два года».