Такое свидетельство доброты и отзывчивости преображённого короля привело главного советника в восторг, и он быстро зашагал к дверям, делая знак охранникам пропустить пастуха. Король опять уселся на трон, а Никчэм и Треплоу снова расселись по своим креслам; на их лицах застыло кислое выражение.
Старик, ковылявший к трону по красной ковровой дорожке, выглядел довольно неопрятно: борода выглядела нечёсанной, кожа сильно обветрилась, одежда была изношена и залатана во многих местах. Шапку он испуганно сорвал с головы сразу, как только вошёл в зал. Приблизившись к месту для просителей, где они обычно останавливались и кланялись или приседали в реверансе, пастух вместо этого рухнул на колени.
— Ваше величество! — прокряхтел он.
— «Ваше ве-е-еличество», — вполголоса проблеял овцой Никчэм, передразнивая старого пастуха.
Треплоу беззвучно засмеялся, и его подбородки затряслись, как холодец.
— Ваше величество, я добирался до вас целых пять дней, — продолжал пастух. — Дорога была тяжёлой. Меня подвозили на телегах, а когда некому было подвезти, я шёл пешком, и мои ботинки совсем сносились...
— Да не тяни ты уже... — пробормотал Никчэм, не вынимая длинного носа из носового платка.
— ...но все эти дни я думал только о старине Клоке, ваше величество, и о том, как вы мне поможете, если я смогу добраться до дворца.
— Что это ещё за «старина Клок»? — поинтересовался король, разглядывая заштопанные штаны пастуха.
— Так зовут мою старую собаку. Вернее, звали... — ответил пастух, и его глаза наполнились слезами.
— Ага, теперь ясно, — сказал король Фред, нащупывая на поясе кошелёк с деньгами. — Раз так, мой добрый пастух, то возьми эти несколько золотых монет и купи себе новую...
— Нет, ваше величество, спасибо, но дело не в деньгах, — отказался пастух. — Я легко могу найти себе щенка, хотя он никогда не сравнится со старым Клоком...
Пастух вздохнул и вытер нос рукавом. Никчэма передёрнуло.
— Тогда зачем ты сюда явился? — спросил король Фред так вежливо, как только смог.
— Чтобы рассказать вам, как Клок встретил свою гибель.
— Понятно, — протянул король Фред и перевёл взгляд на золотые часы, стоявшие на каминной полке. — Ну, мы бы с удовольствием послушали твою историю, но нас уже ждёт обед...
— Его сожрал Икабог, ваше величество... — объявил пастух.
Повисла удивлённая тишина, а затем Никчэм и Треплоу расхохотались.
Из глаз пастуха потекли слёзы; сверкающие капли тяжело падали на красную ковровую дорожку.
— Ваше величество, надо мной потешались все, кого я встречал, от Цинандала до Эклервилля, стоило им только услышать, зачем я сюда направляюсь. Меня высмеивали, говорили, что я безмозглый тупица. Но я видел чудовище собственными глазами! И бедный Клок видел. А потом Икабог его съел...
Фред еле сдерживался, чтобы не рассмеяться вместе с Никчэмом и Треплоу. Ему хотелось, чтобы старый пастух от него отцепился, и ещё больше хотелось наконец усесться за обеденный стол, но в голове у него звучал этот кошмарный тонкий голосок, тихо повторявший одни и те же слова — «эгоистичный, тщеславный и жестокий».
— Ладно, расскажи, как это произошло, — потребовал король Фред от пастуха, и лорды сразу же перестали веселиться.
— Как скажете, ваше величество, — сказал пастух и опять утёрся рукавом. — Дело шло к вечеру. Как раз выпал туман. Мы с Клоком шли домой по краю болота. И вдруг Клок увидел болотную лысявку...
— Кого-кого увидел? — переспросил король Фред.
— Болотную лысявку, ваше величество. Эти такие безволосые зверюги, похожие на крыс; они живут на болотах. Вполне годятся на начинку для пирогов, если вы не против хвостов в фарше...
Треплоу чуть не стошнило.
— Ну так вот, Клок увидел болотную лысявку, — продолжал пастух, — и погнался за ней. Я зову его, зову, но он слишком увлёкся погоней. А потом, ваше величество, я услышал визг. Я кричу ему: «Клок! Клок! С тобой всё в порядке?» Но Клок всё не возвращался. А потом я увидел сквозь туман ЕГО... — прошептал пастух. — Огромный, глаза похожи на фонари, пасть такая широкая, что этот трон туда мог бы легко поместиться... Щерится на меня так, что клыки блестят. И я, ваше величество, забыл про старину Клока и помчался домой со всех ног. А на следующий день я отправился сюда, мой король. Икабог сожрал мою собаку, ваше величество, и его надо за это наказать!
В течение нескольких долгих мгновений король смотрел на пастуха. Затем он медленно встал с трона.
— Пастух, — заявил король Фред, — мы отправимся на север сегодня же, чтобы раз и навсегда решить вопрос с Икабогом. Если получится отыскать хотя бы один след этой твари, то ты можешь быть спокоен: её отследят до самого логова и накажут за дерзкое пожирание твоей собаки. А теперь возьми эти несколько золотых монет и возвращайся домой на телеге!