- Я не могу ему нравиться…
- Ну да, ну да… Если бы ты ему не нравилась он бы тогда не пришел и не пригласил бы тебя на тот танец. Все эльфийки находящиеся поблизости готовы были раздуться как мыльные пузыри и лопнуть от зависти.
- Мы, наверное, выглядели как красавец и чудовище.
- Нет, вы выглядели, как пара. Особенно когда танцевали. Он выше тебя и очень мужественный, поэтому ты рядом с ним выглядишь очень женственно и мило. Особенно… когда начинаешь наивно хлопать глазками и краснеть.
- Прекрати, я не краснею.
- Да верю я, верю. Но кто говорит, что краснеешь ты одна.
- ?
- Когда он уходил со стадиона, с его идеальных ушей можно было писать картину под названием «раннесозревший фрукт красного цвета во всем его великолепии»!
- П-правда? – Икхелл хихикнула.
- Да я сама удивилась, что он, оказывается, иногда испытывает какие-то эмоции.
Подружки засмеялись и, поднявшись повыше, сели на скамейки стадиона. Руил не врала, когда говорила, что все завидовали и что они выглядели парой. Она вообще очень редко врала. И в отличие от многих ее дружба с Икхелл была искренней и иначе, кроме как дружбой называться не могла. Руил не хотела становиться королевой, и положение ее семьи было достаточно богато, что б им не нужна была какая-то материальная или политическая поддержка. Во-первых, Руил уже давно была влюблена, а во-вторых, они с Икхелл были многим похожи, но только не именами и не внешностью. Руил – «мечта, подарок». Вот как переводилось ее имя, но это не меняло того, что она, как и Икхелл была сиротой, и у нее был только отец. Мать Руил умерла во время родов второго ребенка, который тоже не выжил. Они с Икхелл встретились, когда обоим было по 64 года (то есть 6 лет по-человечески). Руил тогда сбежала из дома, залезла на дерево и не могла слезть. Икхелл проходила мимо и Руил упала на нее. Когда обе разобрались, где, чьи конечности, Руил увидела перед кем сидит и, гордо задрав подбородочек, заявила «Хоть вы и скомпрометировали меня Ваше Высочество, но знайте – я за вас замуж не выйду, я люблю господина Аэрмаса. И вообще мне не нравятся брюнеты!». Икхелл была в немом шоке. Когда же Руил принюхалась и поняла, что перепутала принцессу с принцем, попыталась извиниться и поклониться, в результате чего стукнула Икхелл лбом по подбородку. Обе схватились за ушибленные места. Повисла неловкая пауза, после которой поляна огласилась их веселым смехом. Так они и подружились, а после пошли вместе в Монастырь и учились там. Они прекрасно понимали друг друга и поддерживали, если появлялась такая необходимость. У каждой были свои проблемы, и они безоговорочно доверяли друг другу. Если Икхелл не была красива и не могла выйти замуж, то у Руил все обстояло по-другому. Она была образцом красоты и женственности и единственной дочерью так любящего ее отца, отсюда шли все ее несчастья. Тот таинственный господин Аэрмас в которого с детства была влюблена Руил был сыном военноначальника, очень милым и способным эльфом. Но многие за его ошибочно мягкое лицо и добрые глаза считали его бесхребетным, пока не узнавали лучше конечно. Стоило тому мягко улыбнуться и попросить своих подчиненных выполнить то или иное задание, те бледнели, синели, зеленели, и в срочном порядке взяв руки в ноги, бежали наперегонки, кто первый и подальше от этого страшного командира (между прочим, этого поста он добился сам, без поддержки отца). Уж они-то прекрасно знали, что сказать этому эльфу «нет», – это значит, подписать себе смертный приговор. Что было не удивительным, так это то, что он испытывал к Руил ответные чувства. И так же давно, как и она. И все бы было просто замечательно, если бы отец не был на счет их пары другого мнения. Он выбрал в женихи своей любимой доченьки самого богатого из знати и слушать ничего не хотел, искренне считая, что поступает правильно. Но умненькая эльфийка и не собиралась плыть по течению, всячески игнорируя нового ухажера и строя великие планы, которые, как она считала, приведут ее к счастью.