- Иногда ты ошибаешься.
Гарм тяжело дышал, вывалив язык. Он снова стал больше и в холке почти доходил до макушек бесчисленных статуй, ведущих в саду свое тихое существование.
Мари с опаской косилась на пса, но совершенно не замечала Пленника, как и Гарма чуть раньше. Человеческим глазам нужно доказательство посильнее.
Обитатель Летнего Сада сидел на парапете беломраморного фонтана, в самом центре ансамбля так, что дорожки впереди и позади него проходили идеально симметрично. Симметрия дрожала и извивалась, не выдерживая такого издевательства. Садовник хохотал, швыряя огрызки яблок в воду. Соломенно светлые волосы и домашний байковый халат бежевого цвета были насквозь мокрыми, одного тапочка не хватало. Гарм ринулся в кусты, выискивая добычу.
Светлые глаза повернулись к Найту. Пленник Летнего Сада улыбнулся, за спиной раскрылись два крыла — одно черное, одно белое. Все еще смеясь, он зачерпнул воду, окатив гостей ворохом брызг.
- Благословляю всех вас!
Мари завизжала, когда фонтан внезапно взбесился и решил ее утопить.
- Понемногу сходишь с ума, падший ангел?
- Она и вправду не видит меня? - спросил он.
Найт выжал полу своего плаща:
- Стараюсь.
- И как успехи?
- Переменные, некому оценить, кроме птиц на заборе. Туристы не в счет, они смотрят не на то.
Найт подошел ближе и оба скрепили встречу крепким рукопожатием.
- Не хочешь попрактиковаться в своих фокусах в другом месте? Обещаю, зрителей будет более чем достаточно.
-Так ты не врал?
- Мне нужна армия, - признался Найт.
- Она тоже? - Пленник обратил внимание на Мари. Мокрая и дрожащая, она обхватила себя руками, пытаясь хоть немного согреться.
- Подобрал по дороге сюда, вдруг пригодится.
Глаза Пленника налились льдистым светом, он потянулся и поднялся.
- Она нейтральна, хочешь, помогу сделать ее частью нас? Для нее найдется самое спелое яблоко.
Найт загородил дорогу крылатому:
- Нет, она не для тебя. Держи свою темноту подальше от моих теней.
- Понял-понял, - Пленник поднял руки. - Она не видит меня. Могу я хотя бы представиться, раз мы теперь в одной команде?..
Найт развел руками.
Пленник запахнул халат, поправил волосы и взмахнул крыльями, второй раз, третий, ветер превратился в ураган, вбирая в себя капельки влаги и мгновенно высушил одежду и волосы Мари. Темное перышко опустилось ей на нос. Чихнув, она взяла его, повертела в пальцах и вскрикнула — перед ней стояла невероятной красоты ожившая статуя. Статуя сложила крылья и опустилась на одно колено:
- Рад приветствовать вас, моя леди сада, в сей скромной клетке. Жаль, что я не могу показать вам иные чертоги, где намного теплее и темнота подобна золоту. Меня зовут Лю, настоящее имя, конечно немного длиннее, но раз мы теперь товарищи по команде неудачников, формальности ни к чему.
- Я - Мария.
Странно, но Мари не хотела представляться этому человеку так просто как Найту. От нового знакомца веяло непредсказуемостью.
- Какое чудное имя, столько воспоминаний, - Лю протянул ей яблоко, но Найт удержал его руку.
-Ты перепутал место, время и мое настроение.
- Какой ревнивец.
Из кустов выполз задом Гарм, волоча в пасти найденный трофей — то, что осталось от тапка Лю.
-Тсс, - Найт поднял палец, прислушался.
В саду похолодало. Мари вздрогнула и уставилась на Гарма. Шерсть его вздыбилась, в горле перекатывалось глухое рычание.
- Они здесь. Похоже, из сада нам так просто не выбраться.
Лю пожал плечами.
- Знаешь, ангелы тоже смертны, - улыбнулся Найтингейл и протянул руку, стаскивая с неба серп.
Луна скрылась в пасти Гарма.
- Спрячься где-нибудь, - велел Найтингейл девушке.
- Не знаю, что это, но думаю, рядом с тобой безопаснее всего, - она без страха посмотрела на него. Слишком опрометчиво. Но раздумывать над загадками женской души было некогда, над садом занимался день прежде утра. Десятки, целый легион. Интересно, кого они опасались больше - освободителя или узника?
...Сказать по правде, победа в тот день-ночь осталась где-то посередине. Вошли в сад трое, а покинули его четверо. Так что, это можно было назвать небольшим психологическим перевесом. Найт оглянулся. Белые перья устлали дорожки сада, точно снегом до зимы. И так же, как он, растают с первыми лучами солнца настоящего. Кроме перьев, беглецы не увидели ничего.
- Наглые трусы, уверен, что порвал по крайней мере пятьдесят, - Гарм, усыпанный перьями с головы до кончика хвоста, гордо стоял на обломках копий и мечей. Из пасти вперемешку со слюной капала кровь. От него и пахло кровью — свежей, яростной, священной. Запах кружил голову и наполнял сердце радостью. Мари радовалась вместе со всеми, сама не зная чему. Все время странной битвы она провела, спрятавшись за решетчатой перегородкой. Со стороны действо напоминало бой подушками, как в детстве. Кто-то нападал, осыпая ударами трех сбившихся в кучу ее защитников, слышался лязг металла о металл, металла о камень и плоти, рассекаемой ими обоими. Смех Лю, сосредоточенное, почти медитативное состояние Найта, и дерзость Гарма. Их движения походили на танец. Она почти не видела их. Но луна и солнце в руках Найта и Лю кружили и выжигали все вокруг. И падали-падали перья. Целый ворох перьев, белых, серых, опаленных, угольно-черных в конце. Зрелище завораживало. В конце ей начало казаться, что она почти разгадала смысл игры. Но игра и те, кто в нее играли думали по другому, вне логики ее понимания, и конечно совершенно не собирались посвящать ее в суть, объяснив только поверхностные можно и нельзя. Однако Мари твердо решила узнать как можно больше при первом удобном случае. А пока она будет наблюдать и снова станет тенью человека по имени Найт.