13 Вот уже как часа два назад на город опустилась ночь. Начался август. Июльская духота спала, чаще стали идти дожди, ночи становились звёздными и холодными. Вика в сопровождении лейтенанта Сергея Меркулова возвращалась с танцулек домой. Пошли через печально известный сквер: так было короче. Вика в очередной раз озорно блеснула глазками, парень ей явно нравился: - Скажи, Серёжа, а ты теперь меня всю жизнь будешь провожать домой? - Приказы не обсуждаются. - Меркулов, смущённый вниманием девушки, кашлянул в кулак. - Хотя я и без приказа не против. - Он открыто улыбнулся. Лейтенант, казалось бы, вёл себя беззаботно, но на самом деле он чутко прислушивался к посторонним звукам, цепко приглядывался к тёмным местам сквера. - Насколько я знаю, в этом сквере убили ту девушку, Нину Кучилину. Жаль бедняжку. - Вика шмыгнула носиком и крепче прижалась к руке подчинённого своего отца. - Ну, со мной-то тебе бояться нечего, - бодро сказал лейтенант. - К тому же здесь светят фонари. - Ой! - Вика вдруг вскрикнула от резкой и внезапной боли в правой лодыжке. Она подвернула ногу. - Проклятые шпильки! Я, кажется, сломала каблук! Сёрежа! - Вика! Ну что же ты? - Меркулов подхватил девчонку на руки. - Ты прав, я хожу на высоких каблуках, как корова на коньках, - посетовала в рифму Вика. - Она ещё и шутит, - проворчал лейтенант. - Вон скамейка. Ну-ка, садись, я посмотрю твою ногу. Сергей усадил Вику на скамейку, а сам, потеряв бдительность, принялся осматривать её правую лодыжку. - Ну, что мы тут имеем? А имеем мы припухлость. - Серёжа, сзади! - неожиданно буквально заорала испуганная до невозможности девушка. Сильный удар по затылку потряс лейтенанта. Оглушённый, он уткнулся в ноги Вики. Позади него, держа деревянную трость наперевес, стоял Паденин. Жёлтый свет от ближайшего фонаря его прекрасно освещал: Паденин пребывал в своём естественном (тридцатидвухлетнем) возрасте. Он был одет в военный камуфляж, за спиной горбом торчал рюкзак. Редкие рыжие волосы на голове топорщились, глаза навыкате были полны безумия. Рыжий бес был страшен. - Здравствуй, деточка, - прохрипел бывший капитан полиции и цокнул языком (таким манером общаются с младенцами). - Ну, забавляться мне нынче некогда, поэтому перейдём сразу к делу. - Он с отвращением столкнул ногой Меркулова и шагнул к Вике, примеривая к её шее трость. - Не трогай меня, сволочь! - истошно закричала девчонка. В следующее мгновенье она выставила перед мордой убийцы баллончик со слезоточивым газом и нажала на спуск. Мощная струя ударила по глазам рыжего беса. - Сука! - взвизгнул тот и скорчился рядом с Меркуловым, машинально отбросив свою трость. Но это длилось лишь несколько секунд, вскоре Паденин снова принял горизонтальное положение. Вика с ужасом увидела, как с лица насильника, убийцы и грабителя пропадает краснота, исчезает слезливость. Паденин захохотал. Затем попросил: - Можешь брызнуть ещё, красотка? И тут очнулся лейтенант: со стоном поднимаясь, он направлял на Паденина табельное оружие. - Отошёл от девушки! Руки за голову! Всё кончено, капитан. - Кончено? - И рыжий бес вновь мерзко, гомерически захохотал. - Да я тебя, летёха, как клопа, раздавлю! - Он наклонился, чтобы поднять трость. Раздался выстрел. Ещё. Ещё. Паденин медленно завалился на бок. Он был весь в крови, ни стона, ни звука с его стороны не исходило. - Ты его убил? - шёпотом спросила Вика. - Надеюсь. - Лейтенант пожал плечами. Только Вика и лейтенант Меркулов зря надеялись. В следующую минуту об асфальт, одна за другой, звонко звякнули пули, что выскочили из рыжего беса. Вскоре Паденин сидел на асфальте и укоризненно покачивал головой. - А где же предупредительный выстрел, лейтенант? - Без слов бывший капитан набросился на Меркулова и стал душить парня, придавив того тростью к асфальту. Меркулов хрипел, Вика визжала, Паденин безумно хохотал. Неожиданно откуда-то из сквера раздался выстрел, и всё стихло. Из темноты вышли майор Зацепин и трое полицейских. - Долго же вы... товарищ майор... шли, - недовольно еле выговорил Сергей Меркулов, освобождаясь от Паденина. - Папочка! - Вика заревела, пытаясь доковылять до отца. - Ну, ну... - Игорь Николаевич подбежал к дочери и тут же её обнял. - Успокойся, доча, всё в порядке. Полицейские, что были с майором, стащили с преступника рюкзак. Отнесли его под фонарь, открыли. Рюкзак был полон инкассаторских мешочков с деньгами. - А всё же - почему вы так долго шли? - всё ещё не восстановившимся голосом спросил майора лейтенант. - Так сигнал с маячка, что на тебе, Серёжа, пропал. Пришлось весь сквер прочесать, пока вас не услышали. - Сигнал пропал? Хотя чему тут удивляться... Все обступили рыжего беса. Тот с простреленной головой лежал на спине, раскинув руки. - Вы думаете, Игорь Николаевич, от вашей пули он умер? - Меркулов уже оправился. - Мёртв. Моя пуля - особенная, - твёрдо сказал Зацепин. Ни с того ни с сего вдруг закапал дождь, тихий и редкий, как слёзы матери, оплакивающей смерть беспутного подлого сына. Но какой бы ни был, он же её сын...