Я вздрогнула и так быстро обернулась, что не успела отдёрнуть руку – замарала краской рубаху, внезапно оказавшегося возле меня, Джека, чем вызвала противоречивые эмоции на лице.
- Простите, я не специально. – кисти, палитра, перчатки все полетело на пол и вот я уже пытаюсь оттереть краску прямо с него.
- Ты сотрешь мою кожу в кровь, девчонка, остановись. – Джек рассмеялся и скомкав мои грязные руки в кучу – отвел в сторону.
Мое лицо озарилось сомнением, что он нормальный. Ведь минуту назад, мне казалось, что он был зол… и эта рубашка выглядит достаточно дорого, не думаю, что у моей семьи есть деньги даже на нитки для нее. Нет, мы не бедные, но и назвать нас богатыми было бы сложно.
- Что вы здесь делаете?
- Скажу так, не одну тебя заставляют скучать взрослые разговоры, но твоя сестра все еще там, внимательно внимает каждому слову.
- Это навряд ли. – я посмеялась. – Лили, может быть и находится там физически, но уж точно не душой, она наверняка погружена в свою кулинарную битву… Она повар. – двумя словами пояснила этому парню всю череду своих слов.
- Ага, значит здесь живут две талантливые сёстры Митчел. Одна прекрасней другой. – и заинтересованная улыбка.
Тон этого парня меня не удивил, на нас с сестрой часто засматривались, то в школе, то одногруппники Лили, меня это скорее веселило, чем напрягало, тем более ловить на себе заинтересованные взгляды парней для девушки всегда приятно, что уж скрывать. Я предпочитала относится ко всем одинаково и не давать повода сомневаться в своей благодетели. С очередным Джеком я планировала поступить также, да он был красив и вполне в моем вкусе, но сейчас все мои мысли занимала моя мечта – увидеть мир. Я всю жизнь мечтала выбраться из родительского гнездышка и посмотреть огромные просторы вселенной и вот, когда школа позади у меня на руках все карты, чтобы осуществить задуманное. Не нужен мне университет и работа – мне нужна свобода.
Я нагнулась, чтобы собрать упавшие, от неожиданного гостя, краски и кисти.
- Что ты рисуешь? – его вопрос застал меня врасплох. Все в семье знают, что, когда я творю - не нужно задавать вопросов, каждый сможет увидеть итог в свое время. Болтовня отвлекает и сбивает с моей основной идеи, а еще каждый считает своим долгом дать совет или помочь художнику очередной задумкой дилетанта.
- А что вы видите? – я предпочитала не отвечать на вопросы, а услышать версию оппонента и уже затем разрушать его догадки.
- Ммм… мне кажется, это очертания какого-то необыкновенного красочного места… Вот, например, здесь я вижу очертания озера. – Он переключил все свое внимание на картину и начал с серьезным лицом изучать мои наброски. – А здесь. – Джек указал на край холста. – скорее всего будет располагаться водопад, который будет ниспадать прямо из стены пестрых деревьев, их длинные ветви будут создавать непроницаемую крону, из которой плавно и мощно будут струиться вниз потоки голубой воды. – Он еще целых две минуты рассказывал мне о том, что видит на моем полупустом холсте с небольшим количеством карандаша и мазков.
Я была поражена. Нет, даже это слово не опишет все изумление, которое я испытывала, стоя с открытым ртом рядом с этим парнем. Еще никто так точно не описывал наброски моих работ, да даже не наброски, никто не мог разглядеть весь подтекст уже полностью написанных мной картин, не говоря уже о набросках. Никто не мог заглянуть мне в душу и с первых секунд вытащить из нее всю истину. Никто до этого момента не подкрадывался ко мне так близко, никто, кроме Джека…
Я испугалась. И сделала то, что делаю всякий раз, когда мне становится страшно – я начала смеяться. Наверное, это с детства моя такая защитная реакция на все опасности, но так у меня хотя бы есть время придумать что-то более вразумительное и ответить моему оппоненту, нежели просто стоять с открытым ртом.
- Неплохо, но, вообще-то я не планировала добавлять к картине птиц, как вы ранее смели предположить. – легкая улыбка, чтобы скрыть нервозность, правую руку тяну к волосам, чтобы убрать прядь за ухо и все, я вновь вернула себе над собой контроль.
- От чего же? Птицы добавят работе яркие краски и сконцентрируют на себе все внимание, каждый смотрящий увидит сначала разноцветных птиц, а уже потом всю красоту природы - у картины появится целостность. – Он закончил свое предложение и с интересом взглянул на меня.