Вот вы когда-нибудь испытывали страх, такой сильный, что весь ваш внутренний стержень рушился, вся уверенность улетучивалась в миг, весь ваш мысленный диалог и оппозиционные фразы рассыпались в прах, стоило тому только открыть было рот.
А я вот я испытывала. Этот страх не сравнить ни с чем, это глубокая игра с сознанием, этакая психологическая клетка, где ты заведомо загнанная в угол дичь, опытным охотником, у которого продуман мысленно каждый ход твоего отступления, он просчитал каждую ответную возможную фразу на любое сказанное им слово, и он выигрывает лишь от того, что у вас обоих есть четкое представление, кто тут охотник. И самое печальное, это самой осознавать, что охотник здесь далеко не ты сама, ты – маленький зверек, испуганный и трусливый, который судорожно ищет путь к спасению и не важно, что ради этого нужно сделать…
Но стоит только на одно мгновение представить ситуацию в ином ключе, просто допустить, что ты не зверек, а ты тоже охотник, но другой, совершенно другой, с другими установками и позициями, с другими решениями и картины меняется, она начинает играть по-новому и теперь в клетке вас уже становится двое. Два охотника, один чуть опытнее, но это не означает, что ты слабее, нет, ты просто другой и отныне вы на равных.
- Боже мой. – вырвалось у меня эта фраза, но не от испуга, нет, а от осознания, что Джек сумел каким-то образом добраться до Райли.
- Бог далеко, а вот я близко, дорогая. – уверенным баритоном с легка игривой ноткой проговорил мой дорогой супруг.
Бросать трубку – нельзя, это будет означать полную капитуляцию, а я еще не готова сдаваться, пока не время. Нужно было понять, что ему нужно и где сейчас Райли. По телефону он меня не отследит в этом я уверена, глушилки сети в этом нано-доме просто не позволят этого сделать, благодарю мужа-инженера этой прекрасной женщины, в чьем доме я сейчас живу.
- Как близко, дорогой, что-то я тебя на горизонте не вижу. – Лукавым голосом продолжила нашу любезную беседу и переложила телефон к другому уху, направляясь к окну.
- Знаешь, а твой женишок не из робкого десятка, он напомнил мне самого себя пару лет назад, теперь я понимаю почему ты его выбрала… - ага, решил перевести тему, но я ему не позволю.
- Сэм, отойди от белки, фу. – как бы невзначай специально проговорила фразу в телефон, чтобы сбить его с толку. – Что ты сказал, милый? – улыбаюсь в трубку.
Игра, всеми известная любовная игра и даже будучи врагами играть в нее все равно интересно, я бы сказала так даже более интересней, ведь правила теперь поменялись, а это значит, что карты друг друга вновь сокрыты.
- Джеееейн. – хитрый прищур, я чую его даже на расстоянии.
- Да, дорогой – недоуменный наигранный возглас.
- Ты уже проговорилась, что отправила письмо сестре, значит она знает твой адрес и ты же понимаешь, что мне не составит труда вновь наведаться в твой отчий дом, так давай же не будем усложнять мне жизнь и ты сама его скажешь, а еще лучше – вернешься домой, ко мне. – усталым голосом проговорил Джек.
Ну уж нет, к тебе я точно никогда не вернусь Джек Террол – уверенно решила в своей голове и поставила точку в этом вопросе.
- Передавай привет моей семье, Джек. – с усмешкой в голосе попрощалась с ненавистным мужем и отключилась, нужно срочно закончить письмо.
Я смотрела на пейзаж за окном и медленно хлопала ресницами – в голове проносился вихрь разнообразных мыслей, я пыталась ухватиться хоть за одну из них, но тщетно… Из остолбенения меня вывел лай Сэма на который я не сразу отреагировала.
Мой верный пес, друг, защитник… Его мне подарил Джек на наше первое совместное Рождество, я дословно помню фразу, которую он тогда обронил «Он защитит тебя от любой беды», как будто это было его предзнаменование, потому что беды с тех пор так и посыпались на мою голову. Иногда, ко мне приходила страшная мысль, что это все чей-то неудачный план и что Джек знал его малую долю и как-то по-своему пытается меня защитить, возможно, эта мысль приходила ко мне, потому что где-то в глубине души мне хотелось верить, что Джек все еще любит меня, ну или когда-то любил. Но эту мысль я тут же от себя отгоняю, вспоминая реальность и все те поступки, которые он совершал, это может быть что угодно, но уж точно не любовь.